ОГЛАВЛЕНИЕ КНИГИ — Всеволод Смирнов — архитектор, художник, кузнец
Воспоминания современников о Всеволоде Смирнове
Когда говорят — Всеволод Петрович Смирнов, — я вспоминаю одну и ту же картину. Зима, лето, — всё равно. Он идёт по Оль-гинскому мосту. Мягко говоря, одет не как дэнди — видавшая виды куртка, штаны разве что не тренировочные, с пузырями на коленях. Суровый, углублённый в себя. Он идёт в свою мастерскую в звоннице при Успенской церкви. Мастерская — тема особая. Я уже не помню деталей, помню, что видела там его кованые работы и, конечно, бывала внизу, где работал он со своим помощником Александром Селиверстовым.
А впервые я увидела его где-то в году 60-м или 62-м. Я работала тогда нештатным экскурсоводом в Пушкинском заповеднике. Всеволод Петрович тогда, мне кажется, проектировал и осуществлял надзор за восстановлением Дома Осиповых-Вульф в Тригорском. А в свободную минуту рисовал. Таким я и запомнила его — загорелого, с этюдником, в траве по пояс. Потом, через много лет, некоторые из этих работ я увидела в фондах Псковского музея-заповедника.
Ещё из ранних воспоминаний — конкурс проектов памятника Александру Невскому и его воинам в честь победы над ливонскими рыцарями в Ледовом побоище. Была представлена и работа Всеволода Петровича вместе с скульптором, фамилии которого я не помню. Они очень здорово, наверное, смотрелись бы на озёрном фоне, эти полусферы, которые предложили авторы. Но — не суждено. И хотя псковичи высказались за это решение, победил другой проект, достаточно традиционный.
Наверное, в любое время, в любой стране жизнь художника, творца лёгкой не бывает. В стране Советов, да ещё жизнь такого непростого человека, как Смирнов, и вовсе была, мне думается, невыносимой. Он, как правило, говорил то, что думал, не очень стесняясь в выражениях. И не очень задумываясь, кто перед ним — коллега или высокий партийный чиновник.
Зато тянуло к нему людей искусства, элиту, для которых, по определению, все эти советские ранжиры мало что значили. Я помню в той же мастерской профессора Евгения Александровича Май-мина с друзьями, совсем молодых Николая Бурляева и Ирину Пе-черникову. Её, как будто сошедшую с экрана героиню фильма Ростоцкого «Доживём до понедельника», очень тогда популярного. Для всех готовилась в мастерской яичница из десяти яиц, пеклись пироги, имевшие не вполне приличное название. Видела и слышала я там массу интересных, как сказали бы теперь, людей, А когда весной вскрывается Великая, я всегда вспоминаю, как сидели мы поздно вечером в мастерской в начале апреля — это был день рождения хозяина, — и вдруг раздался глухой такой, ни с чем не сравнимый шум. И мы все, сколько нас было, схватив знаменитые кованые под-свечники с зажжёнными свечами, кинулись на берег. Лёд тронулся!
Он был разборчив в отношениях с людьми, нашего брата-журналиста недолюбливал. И впервые мне удалось по-человечески с ним поговорить, когда не стало его друга, директора завода Анатолия Викторовича Лукина. Это был другой человек, не прятавшийся под напускным цинизмом.
Дружил с Всеволодом Петровичем и наш телевизионный режиссёр, с которым я работала, Валентин Львович Андреев. Помню, как-то съёмочной группой поехали мы в Малы, где построил он дом в долине. Дороги не было, была зима, но, на удивление, до цели мы добрались. И я опять увидела другого Смирнова — он не мог скрыть, как любит это своё детище, где всё до последнего гвоздя сделано своими руками. А ещё он показал на чердаке… гроб. До кончины оставалось не так уж много…
Как нередко бывает, масштабы личности Всеволода Петровича были оценены — в полном объёме — только после его смерти. И его борьба за сохранение исторического облика Пскова, и архибережная реставрация — прапоры, Покровская башня — как никогда актуальны в наше довольно дикое время, когда на алтарь денежных интересов кладётся буквально всё. И бедный Псков в том числе.
Татьяна Недосекина
Н. Г. Захарова. Три дня в Пскове (Воспоминания современников) — к предыдущей главе книги
к следующей главе книги — C. А. Наседкин. «Гибель» героя (Воспоминания современников)
ОГЛАВЛЕНИЕ КНИГИ — Всеволод Смирнов — архитектор, художник, кузнец
В 2012-м году в память о Всеволоде Смирнове его сыном и друзьями Всеволода Смирнова была издана книга под названием «Всеволод Смирнов. Архитектор. Художник. Кузнец». Книга была выпущена достаточно большим тиражом для нашего времени в 1 200 экземпляров, но тираж быстро разошелся и для многих, в особенности для подрастающего поколения, материалы книги остаются недоступными. В связи с чем, с согласия сына Всеволода Смирнова Дмитрия Смирнова и авторов книги, публикуем материалы книги на страницах нашего сайта для того, чтобы как можно больше людей смогли свободно познакомиться, посмотреть и прочесть все материалы, представленные в книге.
Данный материал является некоммерческим и создан в информационных, научно-популярных и учебных целях. Указанный материал носит справочно-информационный характер.
