125 лет советскому белорусскому актеру Глебу Глебову

11 мая исполняется 125 лет co дня рождения (1899) Глеба Павловича Глебова (настоящая фамилия — Сорокин), белорусского советского актера (умер в 1967 году). К этой дате публикуем очерк о творчестве актера и его театральных работах. 

 

Сценическая жизнь народного артиста СССР Глеба Павловича Глебова начиналась в любительских спектаклях и в многочисленных провинциальных труппах на Украине. С 1926 года и до конца жизни 0н работал в Белорусском государственном академическом театре им. Янки Купалы в Минске.

Глебов — комедийный актер. Свои лучшие роли он создал в национальном репертуаре: Халимон («Партизаны» К. Крапивы), Харкевич («Гибель волка» Э. Самуйленка), Туляга («Кто смеется последним» К. Крапивы), Пустаревич («Павлинка» Я. Купалы) и др. К числу значительных творческих достижений актера принадлежит также Гарпагон в «Скупом» Мольера.

Пустаревич («Павлинка» Я. Купалы)

Имя Глеба Павловича Глебова промелькнуло на страницах московской прессы в дни декады белорусского искусства. Рецензии тепло отмечали его игру в комедии «Кто смеется последним» и в других спектаклях, показанных в эти дни.

Я помню, как восхищались театралы мягкой и колоритной палитрой актера, его уменьем точно и тонко обрисовать психологическое состояние изображаемого человека. И действительно, каждый выход Глебова на сцену, будь он в центре или на периферии событий, в главной роли или эпизоде, становился весомым и ощутимым, интересным и привлекательным, надолго запоминающимся явлением.

Несмотря на высокие достоинства и силу, игра Глебова не нарушала целостности спектакля, не принадлежа к «эксплуататорам искусства», актер не расточал своего таланта во вред ансамблю, эгоистически не использовал ситуацию и партнеров. В этом сказывалась лучшая черта его творчества — экономия выразительных средств, экономия не от скудости или скупости, а от богатства умного художника, понимающего, что значит «чуть-чуть» в искусстве.

Это интересно:   120 лет советскому драматургу Александру Афиногенову

Фигура батрака Халимона, появляющегося лишь на несколько минут в спектакле «Партизаны», становится заметной не потому, что Глебов расцвечивает свой эпизод жанровыми деталями или особой характерностью.

В толпе крестьян, которых приволокли к дому помещицы Яндриковской, вернувшейся на штыках легионеров в свою усадьбу, стоит и этот маленький, серый человек. Худощавое лицо Глебова не загримировано, сам он одет в обычное поношенное платье, ничем не выделяющее его из массы. Но в его нескольких репликах, сказанных, вернее, выплеснутых из глотки затравленного, но не сломленного человека, вся жгучая ненависть к хозяевам. Слово становится конденсатором энергии, оно взрывается и увлекает за собой толпу, и Халимон как бы взлетает на гребне волны народного возмущения. Это слово — плевок в лицо поработителям, но в нем нет истошности. Страстность, вложенная в реплики, не рвет словесной ткани. Оттого и звучит оно гордо, благородно, как у человека, уверенного в своей правоте. Интонация и взгляд — вот и все, чем пользуется Глебов в этой сцене, но это запоминается надолго, навсегда. ..

Из ст.: М. Левин. Г. П. Глебов. — «Театр», 1941, № 3.

 

…Глеб Глебов… — актер ярко выраженного комедийного таланта. Его узнаешь сразу, как только он выходит на сцену. Узнаешь по походке, по голосу, по всему внешнему облику. Характер действующего лица всегда сочетается с актерской индивидуальностью Глебова, колоритной и самобытной. От этого и сценические герои становились оригинальными, своеобразными.

Разумеется, это не означает, что сценические создания Глебова похожи друг на друга. Он не подгонял роли под свои актерские данные. Просто он искал сценический характер, идя от своей собственной актерской индивидуальности. Люди чудаковатые, безвольные, робкие, со всеми их человеческими слабостями — любимые герои актера. Не случайно же глебовский Туляга из комедии «Кто смеется последним» стал вершиной мастерства актера, вошел в историю лучших достижений сцены. По пьесе Туляга — научный сотрудник. И другие персонажи подтверждают, что у Туляги глубокие знания, что он, несмотря на трусливость, настоящий ученый.

Это интересно:   60 лет постановке "Добрый человек из Сезуана" Юрия Любимова в театре на Таганке

Для Г. Глебова такая характеристика не имеет сколько-нибудь важного значения. Можно верить на слово героям, что Туляга ученый, можно и не верить. Во всяком случае, артист об этом, кажется, совсем не заботится. У него другая задача. Кто бы ни был этот Туляга — научный сотрудник, бухгалтер или сторож,— дело не в должности или профессии, даже не в интеллектуальном уровне. Важно то, что Туляга — большой трус.

Мало сказать, что Глебов показывает эту черту героя крупным планом. Он укрупняет образ, поднимаясь до больших обобщений, до символа. Его Туляга словно вобрал в себя определенный человеческий порок. Сценический образ необычайно емкий, содержательный. И вместе с тем очень мягкий, ажурный.

Вообще комедийные краски артиста, как правило, ближе всего к акварельному рисунку, они теплые, щедро согретые. Прирожденный комик, снискавший своим великолепным талантом огромную любовь зрителей, Глебов большинство своих образов окрашивал в какие-то особые, именно глебовские тона. . .

Из ст.: А. Соболевский. Два великих артиста. — «Театр», 1967, № 11.

Лит.: С. Дунина. Глеб Павлович Глебов. М.—Л., 1949.

Театральный календарь на 1974 год. М., 1973. 

ПОДЕЛИТЕСЬ ЗАПИСЬЮ