25-го августа исполняется 225 лет со дня рождения русского рисовальщика и гравера немецкого происхождения Фёдора Ивановича Иордана (1800—1883).
Из всех видов изобразительного искусства XVIII — середины XIX века наиболее распространенным была, пожалуй, гравюра. Однако в большинстве случаев она имела значение прикладной репродукционной техники. Воспроизведение наиболее значительных и популярных картин, портретов, рисунков, исполнение виньеток, концовок для разного рода альманахов и художественных изданий — вот поле деятельности гравера. Резцовая гравюра и офорт достигли к тому времени технического совершенства, и усилия художников-граверов сосредоточивались на стремлении возможно точнее выразить особенности рисунка и манеры воспроизводимой работы. Изобретение дагерротипа, развитие литографии и цинкографии свело на нет эту задачу гравировального искусства, и оно пришло в упадок с развитием механических способов репродуцирования, более точных и дешевых.
Этот процесс, начавшийся в середине XIX века и затронувший многих мастеров, происходил на глазах Федора Ивановича Иордана, художника, чье имя стало воплощением представления о классическом типе гравера.
Иордан родился в семье придворного обойного мастера И. Ф. Иордана, немца, приглашенного в числе многих других ремесленников для работы в Павловске. Девяти лет мальчик был отдан для обучения в петербургскую Академию художеств. В «Записках», которые Иордан написал будучи уже глубоким стариком, он вспоминает тяжелую полуголодную жизнь первых лет учения, жестокость недалеких учителей и надзирателей, слабое преподавание как общих, так и специальных предметов. Положение в Академии изменилось с назначением на пост ректора просвещенного и широкообразованного А. Н. Оленина, при котором улучшилось и преподавание и содержание воспитанников. В 1819 году Иордана переводят в класс Уткина — весьма значительного русского гравера — и в нем пробуждается интерес к предмету. Природные способности и усердные занятия довольно быстро превратили Иордана, одного из последних учеников, в умелого и способного гравера. В 1824 году Иордан получает на академическом конкурсе 2-ю золотую медаль за гравюру с картины П. Соколова «Меркурий усыпляет Аргуса». В 1827 году, снова приняв участие в конкурсе, он получает 1-ю золотую медаль за гравюру с картины А. П. Лосенко «Умирающий Авель», что дает ему право на заграничную поездку в качестве пенсионера Академии художеств. Иордан покидал Академию, не только обладая значительной граверной техникой но имея и солидную подготовку в рисунке.
За границей Иордан работал в мастерских известных и признанных художников — у Ришома в Париже и у Раймбаха и Дж. Робинсона в Лондоне, куда он вынужден был переехать вследствие приказа царского правительства всем русским покинуть Францию после июльской революции 1830 года.
Заканчивая свою пенсионерскую поездку, Иордан прибывает в Италию, в Рим, где он намеревается выполнить работу, которая послужила бы итогом заграничного обучения, явилась бы свидетельством зрелости мастера. После долгих колебаний Иордан, по настоятельному совету Карла Брюллова, останавливается на «Преображении» Рафаэля.
Его смущает известность этой картины, почитавшейся за идеал многими поколениями классицистов, сложность работы — предыдушие попытки искусных и опытных граверов нельзя было назвать удачными. Тем не менее, ободряемый друзьями, среди которых были Н. В. Гоголь и А. А. Иванов, работавший в то же время над своей прославленной картиной «Явление Христа народу», Иордан берется за этот труд, ставший основным в его жизни. Работа над гравированием «Преображения», потребовавшая пятнадцати лет кропотливого и напряженного труда, мастерства и терпения, стала символом трудолюбия и настойчивости в достижении цели. Полтора года ушло у Иордана на подготовку только карандашного рисунка, мастерски им выполненного и высоко оцененного А. А. Ивановым, писавшим в одном из писем, что Иордан «сквозь свой рисунок «Преображения» глядит в свое бессмертие». Приготовленная для гравирования огромная медная доска весом в полтора пуда привела в ужас хозяина йордановской квартиры; за долгие годы работы вокруг этой доски на кирпичном полу мастерской оказалась протоптана дорожка. Многолетняя стоическая работа завершилась успехом и признанием. Н. В. Гоголь писал об Иордане: «Он всем пожертвовал для труда своего, труда убийственного, пожирающего годы и здоровье, и с таким совершенством исполнил свое дело, с каким не исполнял его ни один из граверов».
Как и предыдущие, эта работа выполнена в технике резцовой гравюры, которую Иордан предпочитал всем остальным, относясь с недоверием к офорту. И действительно, она как нельзя более подходила для гравировки произведений классицистической живописи, с их строгостью и четкостью форм и преобладанием контура. Но все же работы Иордана при всей тщательности исполнения страдают некоторой сухостью, однообразием штриха. Особое место в творчестве Иордана занимают портреты литераторов, актеров, деятелей культуры, среди которых — балерина Истомина, актер Каратыгин, Державин, Гоголь, Лермонтов, Белинский, Плетнев, Языков, основатель Московского университета и петербургской Академии художеств Шувалов, собиратель гравюр Ровинский. Интересен и портрет Рафаэля и Содомы, гравированный с фрагмента фрески Рафаэля «Афинская школа».
Свою долгую жизнь Федор Иванович Иордан закончил ректором Академии художеств, хранителем гравюр Эрмитажа, далекий, как и всегда, от бурных событий, потрясавших XIX век.
Литература: Ф. И. Иордан. Записки. М., 1919.
Сто памятных дат. Художественный календарь на 1975 г. М., 1974.
Данный материал является некоммерческим и создан в информационных, научно-популярных и учебных целях. Указанный материал носит справочно-информационный характер.
