22 октября исполняется 125 лет со дня рождения Николая Ивановича Боголюбова (1899-1980).
Широкий зритель знает народного артиста РСФСР Николая Ивановича Боголюбова прежде всего как создателя образа большевика Шахова в фильме «Великий гражданин» (1938-1939).
Театральное образование Боголюбов получил в студии при Рязанском театре. Но его настоящим учителем был Вс. Э. Мейерхольд. В 1923— 19 38 годах Боголюбов работал в Театре им. Вс. Мейерхольда, выступая в героических ролях. Лучшими из них стали Чуб («Командарм 2» И. Сельвинского) и Бушуев («Последний решительный» Вс. Вишневского). Актер репетировал роль Бориса Годунова в несыгранном мейерхольдовском спектакле по одноименной трагедии А. Пушкина.
С 1938 по 1958 год Боголюбов — в труппе МХАТ Здесь его наиболее значительными созданиями стали генерал Муравьев («Победители» Б. Чирскова, 1946) и Кондратьев («Офицер флота» А. Крона, 1949).
Из статьи Н. И. Боголюбова «Герой, которого я люблю»
…Организатор, трибун, беззаветно преданный партии большевик — таков был мой любимый герой. Я не был наблюдателем, «собирателем» образов. Как многие мои товарищи, я стремился быть похожим на своих героев. Каждую свою новую роль в театре и в кино рассматривал как дело громадной общественной важности.
Зрители с нетерпением ждали новых произведений на советскую тему. Газеты сообщали: Театр имени Вс. Мейерхольда начал репетировать пьесу Ильи Сельвинского «Командарм 2», театр репетирует, близится премьера и, наконец, вот она, наступила! Надо ли говорить, что при таком отношении спектакли превращались в праздник, в событие политического и художественного значения.
Мне, например, не забыть пристального и благожелательного внимания Маяковского к нашей работе над спектаклем «Командарм 2». Владимир Владимирович был человеком немногословным, но в этой своей немногословности чрезвычайно выразительным. После одной из репетиций он вместе с постановщиком спектакля Вс. Мейерхольдом и автором пьесы И. Сельвинским пришел за кулисы и, пристально, неотрывно глядя мне в глаза, как-то особенно весомо — так умел только Маяковский — сказал: «Здорово!» Мне ли было не понять, что значит это слово в устах скупого на похвалы поэта?…
Партизанский вожак Чуб в «Командарме 2» И. Сельвинского был моей первой значительной ролью в советском репертуаре, перворазведчиком героев спектакля «Последний решительный» и фильма «Великий гражданин». . . Через десять лет после премьеры «Последнего решительного» драматург Всеволод Вишневский сказал мне: «А ведь мы предугадали подвиг панфиловцев!» Так оно и было. У нас в спектакле героически погибала застава красных бойцов: 27 человек.
Тогда на сцене в «Последнем решительном» я писал «162 000 000—27 = 161 999 973». Умирая, мой герой говорил: «Вы не сдавайтесь». И почти шепотом: «Вставайте же…» Зрительный зал молча поднимался. И стоял…
Н. И. Боголюбов в роли Муравьева («Победители» Б. Чирскова)
…«Я — Муравьев», — отвечает Боголюбов адъютанту, когда тот сообщает незнакомому генералу, что командующий уехал и приказал ему дожидаться представителя Ставки — Муравьева. Боголюбов произносит эти слова негромко и без подчеркнутости, но совершенно очевидно, что он сам считает это заявление очень содержательным.
Муравьев начинает устраиваться в штабе. Он хорошо знает Виноградова, своего учителя по академии, и легко представляет себе, какой ему предстоит разговор с Виноградовым. Он хорошо знает Минутку и легко представляет себе, что Минутка сейчас же даст целое представление всем окружающим, будет распоряжаться или даже скромничать от его, Муравьева, имени.
Но он не может на этом задерживаться. Наши войска ведут ожесточенные бои с прорвавшейся группировкой противника в районе города, и он уже отвечает за эти бои. Муравьев принимается за работу.
Роль Муравьева, конечно, очень сложна, и мне уже приходилось видеть, как даже очень хорошие актеры прямо-таки падали под тяжестью своей задачи именно в этой сцене его первого появления в штабе. В дальнейшем они уже приходили в себя и более или менее искусно показывали разные стороны его характера. Но что показать в самом начале? Обычно считали, что раньше всего надо показать «волевое начало». Пусть Муравьев сам очень взволнован, но он знает, что все к нему приглядываются, что по его внешнему виду будут судить о подлинном положении вещей, и поэтому он должен играть спокойнее.
Так они с самого же начала играли раздвоенного, играющего человека.
Боголюбов в этой сцене сразу доказывает свое право играть командующего армиями, потому что его Муравьев в самом деле очень спокоен. Умение отбрасывать все постороннее, все второстепенное, как бы оно ни было важно в другое время, — эту важнейшую черту каждого большого характера обнаруживает его Муравьев в первые же минуты. Он не торопится показать себя ни окружающим, ни, тем более, зрителям. Никакой игры!..
Из ст.: Л. Боровой. Заметки об актерских удачах. — «Театральный альманах», 1948, № 7.
Лит.: И. Кузнецова. Николай Иванович Боголюбов. М., 1956.
Театральный календарь на 1974 год. М., 1973.
Данный материал является некоммерческим и создан в информационных, научно-популярных и учебных целях. Указанный материал носит справочно-информационный характер.
