«Есть ли выход?» — статья из газеты «Тихоокеанский комсомолец» о спектакле Нового театра «Заключенный Второй авеню» (1980 г.)

В 1980-м году Московский Новый драматический театр отправился на большие гастроли на Дальний Восток. Вот что писала об одном из спектаклей «Заключенный Второй авеню» газета «Тихоокеанский комсомолец» в 1980-м году. 

 

Как в клетке, мечется человек в своей комфортабельной квартире. Каждая роскошная вещь напоминает ему: ты — безработный, скоро все это будет принадлежать не тебе.
В программе спектакля «Заключенный Второй авеню», поставленного Московским Новым драматическим театром по пьесе Нила Саймона, жанр пьесы определен так — комедия. Однако события, разворачивающиеся на сцене, смешными вряд ли назовешь.

Семья Эдисонов живет в большом городе, занимает квартиру в «небоскребе». Вокруг огромное количество людей, но Эдисонам нет дела до них, нак, впрочем, и тем до Эдисонов. Даже с собственным братом и сестрами главный герой Мел не встречался девять лет. Проблема разобщенности людей в мире — одна из тем спектакля.
Мел считал себя хозяином своей судьбы: человек обеспеченный, прочно стоящий на ногах, он имел на это основания. Но вот компания, где он служил, потерпела крах. В одно мгновение из респектабелъного джентльмена Эдисон превратился в человека без будущего: в его возрасте шанс устроиться на работу весьма невысок. Социальные пороки капиталистического общества — тоже тема спектакля.

Суета, равнодушие, лицемерие — герои задыхаются в этой атмосфере.

— На Третьей авеню идет марш протеста, — говорит жена Мела Эдна, возвратившись с улицы. — Дамы в леопардовых манто выступают в защиту окружающей среды. Какое лицемерие!

Узнав о болезни Мела, к нему приезжают брат и сестры. На словах они горят желанием помочь брату, но лишь дело коснулось конкретной помощи деньгами, родственные чувства заметно поугасли.

Это интересно:   75. Избранные места из переписки с другом. Год 1963 (Воспоминания о Викторе Монюкове)

Доведенный до отчаяния, Мел кричит: «В мире существует заговор—все человечество против меня!»

«На кого же можно надеяться, если нельзя надеяться на Америку?» — в свою очередь вопрошает его жена, тоже потерявшая работу, а вместе с ней и надежду на благополучное существование.

«Только на самого себя», — отвечает ей Мел.

Таким выводом заканчивается пьеса Нила Саймона. Американец — свободный человек, как будто говорит с иронией автор. Он свободен протестовать, когда ему что-то не нравится. И главный герой протестует… против помойки во дворе, и соседей, живущих этажом ниже. Но и этот еро протест очень просто было усмирить — стоило только соседям сверху выплеснуть на Эдисона ведро соды.

Как видим, проблематика «Заключенного…» весьма актуальна для современного капиталистического общества. Менее интересно выписаны драматургом характеры героев: они неглубоки и подчас являются обыкновенными типажами. Как будто со страниц романа прошлого века сошли три сестры Мела Эдисона — Перл, Джесси и Полин (актрисы Л. Бродникова, Л. Нефедова и Г. Ненашева). Одинаково одетые и причесанные, одинаково жеманные и смешные, этакие «сухие англичанки», они нелепо выглядят в современной канве спектакля.

Представление зрителя о герое, как правило, складывается из того, что он непосредственно ви-дет и слышит со сцены и что домысливает сам, исходя из отдельных фраз, интонаций, манеры поведения персонажа. И чем больше остается «за кулисами», тем интереснее и значительнее выглядит герой.

Образы сестер Эдисона получились, пожалуй, слишком «театральными». У зрителя невольно возникает вопрос: как могли сохраниться в современен Америке подобные дамы? Думается, такая трактовка ролей была вызвана стремлением увеличить комедийный эффект спектакля. В данном случае цель не оправдала средств.

Это интересно:   90. У порога в день завтрашний (Воспоминания о Викторе Монюкове)

Однако образы, созданные актерами в спектакле, неравнозначны. Впечатляет игра Б. Гусакова, исполнителя главной роли. Антер очень точно показывает изменения, происходящие в характере героя. Переживая случившееся, Мел не может спать. Его раздражает то, что раньше было привычным. Он постоянно брюзжит и, наконец, срывается на крик. Желая протестовать, но не зная, кого обвинить в своем несчастье, Мел снимает. И вот перед зрителем смирившийся человек. Иным стало выражение его лица, изменился внешний облик.

Однако желание протеста еще не исчезло до конца. Очередная вспышка гнева (прекрасно сыгранная актером) — и Мела охватывает апатия: замедленной стала его речь, движения. Сломленный человек, не видящий выхода из создавшейся ситуации, — таким предстает Мел я конце спектакля.

Яркий гротесковый образ Гарри Эдисона воплотил на сцене актер А. Курский. Думается, трудно о рамках этой роли (актер появляется на сцене только во втором действии) создать образ более характерный. Гарри в исполнении А. Курского — человек мятущийся. Он и хочет сделать добрый поступок — помочь брату деньгами, и з то же время его сдерживают воспоминания о былых обидах, чувство собственной ущербности. Он так и не смог быть великодушным до конца — настоять на том, чтобы Мел принял от него деньги.

Обнявшись, стоят супруги Эдисоны в своей, тоже потерпевшей крушение квартире. Какие испытания им еще предстоят? Кто виноват в их несчастьях? — с такими мыслями уходят зрители из театра.

Н. СЕИНА.

Газета «Тихоокеанский комсомолец» за 19 июля 1980 года.

 

 

Эта газетная вырезка из архива актера Московского Нового драматического театра Александра Абрамовича Курского. Большое спасибо Александру Абрамовичу за возможность публикации материалов из его архива. 

ПОДЕЛИТЕСЬ ЗАПИСЬЮ
Это интересно:   14. Видмантас Силюнас «Профессор Карлович» (Воспоминания о Викторе Монюкове)