У меня есть одна верная театральная подруга — Маргарита. Мы с ней, как говорится, из одной культурной пробирки: обе переживаем за артистов, обе плачем в опере на тех же местах, обе можем спорить до хрипоты о том, что важнее — дирижёр или либретто (я за артистов, она за партитуру). Но главное — обе мы идём в театр не за модой, а за живым, тёплым счастьем, которое иногда даёт только сцена.
Маргарита работает в большой юридической компании секретарём — должность скромная, но сама она женщина эффектная, умная, и, что особенно важно, эмоционально глубокая. И вот именно эта глубина порой приносит ей страдания. Коллектив у неё, мягко говоря, шумный, блестящий — и совершенно не замечающий тех, на ком держится их рабочая повседневность. А Маргарита — как раз из таких людей: незаметных, но фундаментальных, без которых всё давно посыпалось бы в папки и недоставленные документы.
Недавно её фирма решила стать спонсором громкой оперной премьеры — с колоннами на сцене и вычурными декорациями, золотым тиснением на программках, шампанским и клиентами, у которых сигаретница стоит дороже её оклада. Билеты мгновенно разошлись среди важных персон, а всю логистику, разумеется, поручили Маргарите.
Списки. Звонки. Курьеры. Конверты. Идеальный порядок.
Она работала, как часы, две недели подряд, и всё прошло блестяще — настолько, что хвалили всех… кроме неё. Но хуже всего было не отсутствие благодарности, а то, что на саму премьеру её никто не пригласил.
«Линейный персонал не проходит», — сказали ей между делом.
Для женщины, которая любит оперу так, как другие любят собственных мужей (иногда даже больше), это был удар. Но Маргарита — не из тех, кто долго ноет. Она позвонила мне, рассказала историю, и я — как старшая театральная сестра — сказала ей:
— Раз тебя не зовут на чужую премьеру — устрой свою.
И она — устроила.
Нашла другой театр, поскромнее, без мрамора, без крупных клиентов в диорских пальто. Но там шла та же опера, на которую её фирма так гордо раздавала билеты. Маргарита купила себе место на галёрке — и сияла, как будто собиралась занять дирижёрский пульт.
В день спектакля она купила огромный букет роз — как в свой первый юношеский выход в театр. И знаете, когда после финального аккорда она подошла к сцене и вручила солисту эти розы, а он ещё и поцеловал её в щёку — она стояла такая счастливая и трогательная, что мне захотелось обнять её прямо там.
Маргарита вернулась домой окрылённая. С чувством, что в этот вечер она наконец стала главной героиней не чьего-то корпоративного списка, а собственной жизни.
И с тех пор она решила: ходит на оперу всегда, куда хочется, на премьеры — если достанет, а если не достанет — создаст свою.
Иногда лучший способ быть замеченной — это самой выйти в свет, даже если свет — всего лишь недорогой билет на задний ряд. Главная премьера всегда там, где сияешь ты сама.
Кто такая Весёлая театралка
Весёлая театралка — это не просто дама с биноклем и программкой. Это человек, который прожил жизнь в зрительном зале, под светом люстр и в шуршании кулис. Она знает, где пахнет гримом, где стулья скрипят от волнения, а где актёры мечтают о кофе больше, чем о славе.
Она не критик и не знаток. Она — зритель, который любит театр по-настоящему. Любит даже тогда, когда спектакль скучный, актёры устали, а в буфете чай дороже билета. Она любит за живое присутствие — за ту самую магию, когда свет гаснет, и зал замирает.
Весёлая театралка не боится смеяться над собой. Иногда путает фамилии режиссёров, иногда теряет перчатку на антрактах, а иногда идёт в театр просто потому, что там тепло и люди красиво одеты. Но именно в её рассказах — тот самый живой театр, не на сцене, а вокруг неё.
Она приходит в театр, чтобы снова почувствовать, что жизнь — это тоже спектакль, только без репетиций.
Данный материал является некоммерческим и создан в информационных, научно-популярных и учебных целях. Указанный материал носит справочно-информационный характер.
