5 октября 2025-го года исполняется 100 лет со дня рождения Раисы Степановны Стручковой 1925-2005), советской балерины.
Окончив Московское хореографическое училище по классу Е. П. Гердт ( 1944), Р. С. Стручкова была принята в труппу Большого театра, где уже через год, исполнив партию Лизы в «Тщетной предосторожности» Гертеля, стала одной из ведущих балерин. Она танцевала Одетту-Одиллию и Аврору в «Лебедином озере» и «Спящей красавице» Чайковского, Китри в «Дон Кихоте» Минкуса, Жизель в одноименном балете Адана. Среди лучших работ Р. С. Стручковой — Золушка в одноименном балете Прокофьева и Параша в «Медном всаднике» Глиэра, поставленных Р. Захаровым. Р. С. Стручкова работала также с балетмейстерами В. Вайноненом, Л. Лавровским, В. Чабукиани. Она была первой исполнительницей Фрейлины в балете О. Тарасовой и А. Лапаури «Подпоручик Киже» (1962), Лейли в балете К. Голейзовского «Лейли и Меджнун» С. Баласаняна ( 1965).
Имя народной артистки СССР Р. С. Стручковой хорошо известно не только в нашей стране, но и за рубежом, куда она выезжала вместе с балетной труппой Большого театра и с концертными группами.
Балетмейстер Ростислав Захаров о Раисе Стручковой
…Однажды на спектакле Московского хореографического училища я обратил внимание на очаровательную, грациозную девочку, которая выделялась жизнерадостностью и выразительностью своего танца. Мне сказали, что это «надежда театра» Рая Стручкова, воспитанница известного педагога Елизаветы Павловны Гердт. Последнее уже само могло служить отличной рекомендацией: я с детства помнил эту солистку бывшего Мариинского театра — прекрасную балерину строгого классического стиля, оставившую сцену в расцвете сил и посвятившую себя педагогической деятельности.
Для меня всегда решающим была не просто сильная техника, но и высокий артистизм танцовщиков, способных средствами своего искусства создавать сценический образ. Балет-пьеса со множеством разнообразных характеров, их развитие, выраженное в танце, — вот чему я посвятил свое творчество. И тогда в молоденькой Раисе Стручковой я почувствовал интересную исполнительницу главных партий в моих спектаклях.
В 1945 году, создавая с Сергеем Сергеевичем Прокофьевым новый балет «Золушка», я поставил для нее вариацию феи Весны, а для Майи Плисецкой — феи Осени. Золушку тогда танцевали Ольга Лепешинская и Галина Уланова. Но вот настал день, когда в заглавной партии дебютировала Раиса Стручкова. Я настаивал на том, чтобы ей поручили эту роль, верил в успех и не ошибся. Молоденькой танцовщице пришлось нелегко: ее предшественницами были прославленные артистки, но зрители приняли дебютантку тепло, множество раз вызывая на поклоны. Первое выступление стало ее триумфом.
Но успех она имела не только у зрителей. Все работники театра — артисты балета, музыканты, гримеры, костюмеры пошли смотреть юную танцовщицу, переполнив ложи и кулисы. После спектакля все бросились поздравлять общую любимицу, и я еле протиснулся к ней. У меня было такое ощущение, что это праздник всего театра. Стало ясно, что в тот вечер у нас в коллективе загорелась еще одна звезда первой величины.
Почему же такое радостное настроение царило на спектакле? Да потому, что на сцену вышла сама Золушка — такая добрая, непосредственная, такая обаятельная, грациозная, что невозможно было ею не любоваться. Технически все танцы Стручкова исполнила безупречно, и с той поры руководство театра начало поручать ей все новые и новые ответственные партии…
…Еще одна моя встреча как балетмейстера с Раисой Степановной — в балете Р. Глиэра «Медный всадник», где она танцевала с Алексеем Николаевичем Ермолаевым, выступившим тогда в роли Евгения. И снова ей пришлось выходить на сцену после первых замечательных исполнительниц партии — Галины Сергеевны Улановой и Ольги Васильевны Лепешинской. . . Но в Стручковой — балерине обнаружились такие качества, такие индивидуальные черты, которые как нельзя лучше подошли к образу той скромной, но очаровательной петербургской девушки, которую мы, то есть композитор и балетмейстер, обрисовали в своем произведении, находясь под обаянием пушкинской поэзии.
…Сияющая, как ясное солнышко, выбегала Стручкова — Параша на Сенатскую площадь, где ждал ее Евгений, и сразу покоряла всех. Такую Парашу не мог не полюбить герой пушкинской поэмы. И хотя поэт сказал о ней всего несколько слов, она казалась словно сошедшей со страниц «Медного всадника». . .
Из ст.: Ростислав Захаров. В ее танцах — сама жизнь. — «Советская культура», 1973, 27 апреля.
Лит.: Раиса Степановна Стручкова. Буклет. М., 1953; О. Сахарова. Дарование балерины. — «Огонек», 1969, № 14; Г. Конский. Глобус с флажками. — «Театральная жизнь», 1969, № 11.
Театральный календарь на 1975 год. М., 1974.
Данный материал является некоммерческим и создан в информационных, научно-популярных и учебных целях. Указанный материал носит справочно-информационный характер.
