3 октября — 140 лет со дня рождения (1884) Пауля Пинны, эстонского актера (умер в 1949 году).
Эстонским Мочаловым можно назвать Пауля Пинну, ибо талант, темперамент, обаяние актера были равны ею огромной любви к театру.
Один из основателей театра «Эстония» (1906), он был и премьером труппы: играл ранца Моора, Кина, Городничего, Кречинского, Протасова, короля Лира. С огромным успехом выступал в оперетте. Редкая самоотдача позволяла ему быть, помимо того, и режиссером, и драматургом, и издателем первого эстонского театрального журнала «Сцена», сниматься в кино и выступать на эстраде.
Режиссер Прийт Пыльдроос о Пауле Пинне
…Пинна швырял и разбрасывал, потому что у него было чем швыряться и разбрасываться. Пинна был единственным человеком в «Эстонии», который, придя на репетицию, снимал пиджак, галстук и начинал репетировать. У него была жажда репетировать. . .
В моей режиссерской практике Пинна — единственный актер, который говорил: «Погодите, погодите-ка, вернемся назад». Так пять-шесть раз, до тех пор, пока не чувствовалось, что главное схвачено. Не интонации, не движения, а характер, сущность сцены уловлены, когда этот момент наставал, он больше не повторял сцену.
С ним нельзя было заранее готовить режиссерский план: он мог так изумить, что вслед за ним приходилось отказываться от намеченного прежде решения.
Пинна не мог быть пассивным на сцене, он использовал все положения, все ситуации, втягивая в игру все вещи. Его исполнение ’питалось его сочной фантазией. Партнеры всегда хотели, чтобы Пинна взял «разгон», набрал силы, потому что своей игрой он захватывал окружающих.
Цит. по кн.: Пансо В. Труд и талант в творчестве актера. М., 1972.
…Пинна — актер интуиции, любитель импровизации, талант «божьей милостью». Если можно говорить об особом стиле актерской игры, отличавшем театр «Эстония», то Пинна — один из наиболее характерных представителей этого стиля — предельная театральная яркость в соединении с тонкостью психологических деталей, сценическая свобода, захватывающая радость творчества. Пинна много читал, много видел, был очень наблюдателен. Но он не очень подчинялся дисциплине, порой ему изменял художественный вкус. В 20-е гг. Пинна ушел из «Эстонии», открыл свой «Народный театр», выступал в кабаре. Но с 1927 г. он опять в «Эстонии», и уже навсегда. Временное прошло, остался большой художник. Изменился стиль его игры, стал более тонким, продуманным. Протасов в «Живом трупе», сыгранный в 1928 г., знаменует начало нового периода в творчестве Пинны. «Я сдерживал свой темперамент и концентрировал внимание главным образом на глубоко скрытом душевном напряжении героя…» — вспоминает артист о работе над этой ролью. В то же время Пинна с прежним увлечением продолжает блестяще выступать в легких комедиях, в оперетте. Он с удовольствием вспоминал случай, когда иностранные журналисты, спросив фамилию великолепного трагика, играющего роль Протасова, с изумлением узнали, что это тот самый актер, которого они накануне видели в фарсе. Но главными, определяющими были теперь в творчестве Пинны роли большой драматургии. Это старый купец Вестман в «Домовом», доктор Штокман во «Враге народа», Шейлок в «Венецианском купце». В «Ревизоре» Пинна совершенствовал и углублял роль Городничего, которого он многократно играл и раньше. Хорошо зная гоголевскую традицию русского театра, Пинна подчеркивал сатирическое звучание образа. В финале, как в спектакле МХАТа, давался свет в зрительный зал, и слова: «Над кем смеетесь? Над собой смеетесь!» — Пинна обращал прямо в публику, создавая тем более острый и неожиданный эффект, что перед этим действительно всегда вызывал сильную вспышку смеха в зале.
Из кн.: Каск К., Тормис Л., Паалма В. Эстонский театр. М., 1978.
Лит.: Ирд К. Постараемся поймать чудо. Л., 1967.
Театральный календарь на 1984 год. Л., 1983.
Данный материал является некоммерческим и создан в информационных, научно-популярных и учебных целях. Указанный материал носит справочно-информационный характер.
