125 лет со дня рождения татарского советского драматурга Наки Исанбета

10 января исполняется 125 лет со дня рождения советского татарского драматурга Наки Сиразеевича Исанбета (1899-1992). К этой дате публикуем статью о творчестве замечательного татарского драматурга. 

Наки Исанбет — один из крупнейших драматургов Татарии. Его пьесы «Забулачная республика», «Марьям», «Мулланур Вахитов», «Муса Джалиль» неоднократно ставились на сцене Татарского академического театра имени Г. Камала. С 1940 года сохраняется в его репертуаре комедия «Хужа Насрет дин». Пьесы Исанбета шли также в театрах Башкирии, Узбекистана, Казахстана. Исанбет внес серьезный вклад в развитие национальной культуры и как переводчик произведений Грибоедова, Пушкина, Шекспира, Мольера, и как автор статей и очерков по истории татарского театра.

О пьесе Наки Исанбета «Хужа Насретдин» и ее постановке в Татарском академическом театре им. Г. Камала

…Один из любимейших спектаклей татарского зрителя — народная комедия Н. Исанбета «Хужа Насретдин». Более тысячи раз поднимался занавес на этом спектакле, и каждый раз в зале царит счастливая атмосфера смеха, радостного волнения и жадного интереса ко всему, что происходит на сцене.

Веселый балагур и забавник Насретдин, легенды о котором вот уже сотни лет переходят из уст в уста в кофейнях Турции и на караванных тропах Афганистана, в кишлаках Узбекистана и на горных дорогах Памира, под пером превосходного знатока восточного фольклора Н. Исанбета приобрел сугубо конкретные черты. Много разных проделок числится за На-сретдином. В Турции он освобождал красавицу из гарема паши, в Азербайджане — проучил неверную жену, в Узбекистане — вступал в спор с самим могущественным ханом. И всюду издевался над злыми и богатыми, хитрыми и скупыми, щедрой россыпью прибауток возвращая бодрость усталым путникам, напоминая снова и снова, что нет ничего прекрасней жизни, как бы горька она ни была.

Это интересно:   Хроника советской театральной жизни 100 лет назад (январь 1924 года)

В Татарии Насретдин тоже воюет со своими извечными врагами: судьей и муллой, богатым соседом, задумавшим жениться на его доче-январь
ри, и старухой, торгующей молодыми рабынями.

Но здесь в его озорных мудрых насмешках нет легкой беспечности лукавого бродяги, которая так восхищает, например, в преданиях об узбекском возмутителе спокойствия. Насретдин в спектакле Театра им. Г. Камала — человек семейный и положительный. Бедность его отнюдь не условна. Наверно, не раз случалось ему ложиться спать голодным, глотая вместо ужина попреки сварливой супруги. Он знает цену и миске супа и корке хлеба. Нет, он не краснобай, вступающий в словесные турниры ради одного удовольствия посрамить врага. Ему нужны более вещественные результаты своих усилий.

Насретдин X. Абжалилова — плоть от плоти татарских бедняков. Его лицо так по-детски кротко, так открыто и простодушно, что, кажется, ничего не стоит обидеть его. Но горе трусливому и жадному мулле, жестокому и хитрому хану, которые, поверив в мнимую беззащитность Хужи, пробуют обвести его вокруг пальца. Все с тем же кротким безмятежным видом Насретдин — Абжалилов выставит их на посмеяние, отнимет у муллы принадлежащий тому шелковый халат да еще сделает так, что тот сам будет просить его об этом, заставит судью присудить чужие деньги, а самого сурового и беспощадного хана вручить ему, правда, всего на один день, свою ханскую власть.

Образ Насретдина в исполнении замечательного татарского артиста X. Абжалилова — это подлинный шедевр народного искусства, мудрого, красочного и жизнерадостного.

Гротесковая преувеличенность многих сцен воспринимается в спектакле как естественная и закономерная. Ничто не кажется здесь преувеличенным: ни то, что мудрый наставник Насретдин, встречая пришедших к нему учеников, отправляется в сад соседа красть яблоки, — ведь надо же ему угостить дорогих гостей! Ни то, что чванный богач Тархан, воплощение всех мусульманских добродетелей, вдруг обнаруживается пьяным на куче навоза. Ни то, что Насретдин, на один день заполучивший ханскую власть, только что раздавший хлеб голодным, не боящийся ни бога, ни черта, дрожит мелкой дрожью, завидев свою суровую супругу…

Это интересно:   Морис Метерлинк. Жизнь и творчество

…Все это воспринимается как нечто совершенно естественное в той стихии безудержного ярмарочного веселья, которым полон спектакль.
Солнце в крови! — вот что делает таким неповторимо театральным зрелищем эту пьесу и этот спектакль. ..

Из ст.: Е. Шамович. В атмосфере праздника. — «Театр», 1957, № 9.

Лит.: Н. Исанбет. Мулланур Вахитов. М., 1957;

А. Шамуков. Его пьесы. — «Театральная жизнь», 1960, № 12.

Театральный календарь на 1974 год. М., 1973. 

ПОДЕЛИТЕСЬ ЗАПИСЬЮ