13 января 2026 года исполняется 100 лет со дня открытия (1926) Казахского государственного академического театра драмы им. М. Ауэзова.
Казахский академический театр драмы им. М. Ауэзова был организован из мастеров народного творчества—домбристов, певцов, акынов и участников художественной самодеятельности. Многие из них впоследствии стали выдающимися актерами: К. Куанышпаев, С. Кожамкулов, Е. Умурзаков, К. Джандарбеков. Большую роль в творческом становлении коллектива сыграли русские режиссеры М. Соколов, М. Насонов, М. Гольдблат, М. Соколовский.
Театр открылся пьесой Мухтара Ауэзова «Енлик-Кебек». Этот спектакль возобновлялся несколько раз и до сих пор сохраняется на афише. К творчеству крупнейшего казахского писателя театр обращался на протяжении всей своей полувековой истории: «Карагёз» (1926), «Ночные раскаты» (1935), «Гвардия чести» (1942), «Абай» (1949), «Айман и Шолпан» (1960) и др. Театр постоянно связан с известными национальными драматургами Г. Мус-реповым и К. Мухамеджановым. На его сцене широко представлены произведения русской, советской и мировой классики, современной драматургии.
К числу наиболее значительных работ театра последнего десятилетия относятся спектакли «Материнское поле» по Ч. Айтматову (1964) и «Кровь и пот» по роману А. Нурпеисова (1973), поставленные главным режиссером народным артистом СССР А. Мамбетовым, чья творческая индивидуальность сегодня во многом определяет лицо коллектива. Спектакль «Кровь и пот» удостоен в 1974 году Государственной премии СССР.
В труппе театра в разное время работали народные артисты СССА Х. БуКеева, С. Майканова, С. Кожамкулов, К. Джандарбеков, Е. Умурзаков, народные артисты Казахской ССР Ш. Джандарбекова, Б Римова, К. Бадыров, И. Ногайбаев, Ш. Мусин, М. Суртубаев, заслуженные артисты Казахской ССР Ф. Шарипова, А. Ашимов и др.
Народный артист СССР Серали Кожамкулов о Казахском академическом театре драмы им. М. Ауэзова
Для меня понятия «моя жизнь» и «жизнь моего театра» неразделимы. Мы дети одной матери — Октябрьской революции.
О людях средних лет справедливо говорить, что они в расцвете сил. О моем театре можно сказать то же самое: он в расцвете творческих сил, ему лишь в 1976-м исполняется полвека. Но сколько сделано! От робких шагов по сцене юных дилетантов-энтузиастов, не имевших рядом никаких образцов для сравнения и совершенствования, до профессионального современного театра — таков путь! И на всех этапах становления и развития нашего казахского театра драмы, ныне Государственного академического театра драмы имени М. Ауэзова, крепло творческое и человеческое братство наше с деятелями культуры республик страны Советов. Благодаря этому братству наш театр стал профессиональным, достиг нынешнего художественного уровня.
В книгах о его творческом пути отмечается плодотворное влияние русского сценического искусства. Я знаю об этом не из книг. Это моя жизнь! Мы, первые актеры Казахстана, осваивали богатейший опыт театров Москвы и Ленинграда, изучали жизнь и творчество Щепкина и Мочалова, систему и школу основателей МХАТ — Станиславского и Немировича-Данченко. Творчество Качалова и Москвина, Хмелева и Тарханова и многих других талантливейших представителей русского театра было и остается для нас живым примером овладения актерским искусством. Впервые занавес казахского драматического театра открылся в 1926 году. Была поставлена пьеса М. Ауэзова «Енлик-Кебек». В труппе театра в то время не было ни одного артиста-профессионала, который служил бы примером для нас, новичков. Не было и профессионального режиссера. По воле судьбы с 1926 по 1933 год режиссером театра был я, человек в общем-то грамотный, окончивший Оренбургский педагогический институт, но не имевший ни малейшего представления о режиссуре. Меня спасло лишь то, что я страстно любил театр, любил играть и имел некоторый опыт любительских кружков, учился у актеров татарского театра в Троицке и Оренбурге, играл в самодеятельном театре при отряде чрезвычайного комиссара Степного края А. Джангильдина (в этом отряде я служил в 1919 году). И все-таки главным учителем для меня была сама жизнь, я старался научиться наблюдать ее и стремился передать увиденное в образах сценических героев. Мы тогда не имели представления ни об актерском замысле, ни о постановочных принципах, ни о стиле и т. д. и т. п. Костюмы брали у знакомых, а играли так, чтобы тот или иной персонаж из пьесы был похож на подобного человека в жизни. Не вникали глубоко ни во внутренний мир изображаемых героев, ни в общую идею произведения. Но мы были полны желания учиться! Ведь никто из первых актеров казахского театра — ни К. Куанышпаев, ни Е. Умур-заков, ни я, ни другие — не кончал студий и театральных вузов.
В первые годы театра мы испытывали острый недостаток в национальных пьесах. Мы понимали, что кроме казахских пьес М. Ауэзова, С. Сейфуллина, Б. Майлина в нашем профессиональном становлении огромную роль должны сыграть произведения мировой классической драматургии. Однако мы далеко не сразу научились играть в переводных пьесах. Уже сам выбор таких произведений, как «Маленькие трагедии» А. С. Пушкина и «Гамлет» Шекспира в 1927 году, свидетельствует о том, как далеки мы были тогда от объективной оценки Наших возможностей. Нам нужна была помощь, и она пришла в лице русских режиссеров, которые приобщили нас к богатейшей сокровищнице русской классики.
В 1929 году режиссер М. Соколов поставил в нашем театре «Женитьбу» Н. Гоголя. Эта комедия шла уже у нас в 1928 году, но тогда мы не могли глубоко понять ни духа произведения, ни стиля писателя. Соколов впервые раскрыл нам особенности каждого образа и пьесы в целом.
Этот спектакль — начало важного периода в истории нашего театра. В 30-е годы мы, окрыленные первым успехом, все чаще и чаще обращаемся к русской и зарубежной классике, произведениям русской советской драматургии. Большой успех имела постановка режиссером И. Боровым «Ревизора», где я с наслаждением играл роль Земляники. «Аристократы», «Мой Друг», «Любовь Яровая», «Хлеб» — вот неполный список прочно вошедших в репертуар произведений, нашего театра в те годы…
Растущее мастерство театра продемонстрировал поставленный в 1940 году режиссером М. Соколовским спектакль «Человек с ружьем», в котором Е. Умурзаков первым из артистов Средней Азии и Казахстана создал на сцене образ великого Ленина. Таково было начало. Молод был театр, молоды — актеры. Но благодаря братству народов, дружбе людей многонационального советского театра, благодаря заботе партии и правительства было создано театральное искусство Казахстана…
Из ст.: Серали Кожамкулов. Ключ жизни. — «Театр», 1972, № 12
Лит : Н. Львов. Казахский академический театр драмы. Алма-Ата, 1957;
Н. Львов. Казахский театр. Очерк истории. М., 1961;
У. Садыкова. Современник на сцене Театра им. М. Ауэзова. — «Простор», 1973. № 6;
С. Саитов. Казахский театр драмы имени М. Ауэзова. — «Театр», 1973, № 12.
Театральный календарь на 1976 год. Л., 1975
Данный материал является некоммерческим и создан в информационных, научно-популярных и учебных целях. Указанный материал носит справочно-информационный характер.
