27 января исполняется 270 лет со дня рождения австрийского композитора, музыканта-виртуоза Вольфганга Амадея Моцарта (1756-1791)
”… Моцарт был универсальным гением, как и все великие художники. Он выразил не только дух, вкус и аромат своей эпохи, но и духовный мир человека всех эпох, во всей сложности его желаний, борьбы и амбивалентности”. Так писал о гениальном австрийском композиторе выдающийся музыкант современности, американский композитор и дирижер Л. Бернстайн. Вот уже свыше двухсот лет музыка Моцарта трогает, волнует, потрясает и радует сердца слушателей во всех уголках мира.
Судьба подарила композитору всего лишь тридцать пять лет жизни. Но эти годы были поразительны по творческой интенсивности. Наследие Моцарта насчитывает свыше шестисот названий, охватывая все существующие в его время жанры. И на всем, к чему прикасалась рука мастера, видны следы его уникального дарования, будь то опера или песня, симфония или квартет, духовная или клавирная музыка. Жизнь Моцарта была счастливой, наполненной радостью творчества, и в то же время глубоко трагичной: гениальные провидения художника не были поняты большинством его современников. Односторонне воспринимался он и романтиками, видевшими в нем только ’’вечный солнечный свет”, ’’божественное”, ’’лучезарное”, не замечая всей полноты и глубины моцартовского искусства и прежде всего его драматических и трагических граней. Лишь наше время приблизилось к разгадке творчества гения. И не случайно имя Моцарта не сходит с сегодняшних афиш, книги о нем сразу же становятся библиографической редкостью, а пластинки с его произведениями не залеживаются на прилавках магазинов. Моцарт и сегодня остается удивительно современным, близким и необходимым нашему сложному веку, как символ нетленных духовных ценностей человечества, высочайший этический и художественный идеал.
Природа наградила Моцарта поистине феноменальным, ставшим легендой музыкальным дарованием, которое благотворно развивалось под руководством отца, умного и образованного музыканта и педагога. Но Моцарт никогда не стал бы великим художником, если бы его способности не были помножены на каждодневный, упорный и кропотливый труд.
Детские и отроческие годы вундеркинда прошли в многочисленных триумфальных поездках по странам Европы (1763-1773), откуда он вынес множество художественных впечатлений, из которых наиболее ярким оказалась итальянская опера. В Италии Моцарт удостоился почетного звания члена Болонской филармонической академии, которое получали лишь наиболее выдающиеся музыканты. Но самым важным итогом этих лет стало освоение маленьким композитором ведущих музыкальных жанров эпохи — оперы — комической и серьезной, симфонии, струнного квартета, духовной музыки. Уроженец одного из прекраснейших живописных уголков Австрии Зальцбурга, Моцарт с детства впитал и особый, простонародный, склонный подчас к солоноватому юмору дух родного города, дух Гансвурста. Вероятно, именно это определило впоследствии его тягу к народному реалистическому театру.
Годы, проведенные дома, в провинциальном Зальцбурге, после блестящих итальянских успехов были особенно тяжелы для Моцарта. В это время композитор начинает серьезно осмысливать пережитое, острее воспринимать противоречия окружающей действительности. Больше всего Моцарт страдал от невозможности создавать оперы, так как в Зальцбурге не было оперного театра. Тем упорнее он работал в тех жанрах, которые ему предоставляла зальцбургская обстановка: сочинял духовную и развлекательную музыку — серенады, дивертисменты, клавирные сонаты и концерты. Но радость от творчества постоянно омрачалась конфликтом между духовными потребностями рано созревшего таланта и убожеством провинциального окружения, высокомерным отношением зальцбургского правителя — архиепископа Иеронима Коллоредо, что было особенно нестерпимо для Моцарта. Обладавший живым, общительным нравом, он с большой независимостью и достоинством держался с аристократами. Хорошо известны его слова, сказанные отцу в период разрыва с архиепископом: ’’Сердце облагораживает человека. И пусть я не граф, но чести во мне, вероятно, больше, чем у иного графа”.
Первую попытку вырваться из провинциального плена Моцарт сделал в 1777—1778 годах, посетив Мангейм и Париж. Но она окончилась неудачно, хотя и принесла композитору много новых интересных впечатлений, связанных со знаменитым симфоническим оркестром Мангейма и музыкально-театральной жизнью Парижа, где в то время шла борьба за оперную реформу Глюка.
Рубиконом в творческой судьбе Моцарта стала опера ’’Идоменей” (1780-1781), блистательно завершившая зальцбургский период. Вдохновленный успехом мюнхенской постановки оперы, полный веры в свои силы и доведенный до отчаяния тиранией архиепископа, композитор решается на крутой и необычайно смелый поворот в своей жизни — бросает ненавистную службу и становится свободным художником. Так начинается человеческая и художественная зрелость Моцарта.
Последнее вершинное десятилетие своей жизни композитор живет в Вене, подлинной музыкальной столице Европы. Возникшее у Моцарта после Зальцбурга ощущение свободы, раскрепощенности окрылило гений композитора. Именно здесь его творчество достигает расцвета во всех своих проявлениях, во всех жанрах. Он не имеет себе равных как исполнитель-импровизатор в игре на клавире; для собственных выступлений им создаются лучшие концерты. Здесь завязывается тесная дружба с Й. Гайдном, одно из самых светлых переживаний в жизни композитора. Гайдну — ’’отцу, учителю и другу” Моцарт посвящает замечательные струнные квартеты. Один за другим рождаются бессмертные моцартовские шедевры — клавирные фантазия и соната до минор, струнные квинтеты, триада последних симфоний — ми-бемоль мажор, соль минор, до мажор (’’Юпитер”), оперы ’’Похищение из сераля”, ’’Свадьба Фигаро”, ”Дон Жуан”, ’’Так поступают все”, ’’Волшебная флейта”, лебединая песнь композитора -Реквием.
Расцвет таланта Моцарта в последнее десятилетие его жизни фактически ознаменовал зрелость всей венской классической школы. Но как всякое гениальное художественное явление, его творчество стало не только высшим обобщением искусства своего времени, но и вышло далеко за его пределы, создало огромный импульс для дальнейшего развития музыки, вплоть до XX века. Моцартовская эпоха была эпохой формирования новой концепции личности, временем пробуждения индивидуалистического сознания, когда все больше заявлял о своих правах молодой буржуазный класс, ’’третье” сословие, руками которого и была осуществлена Великая французская революция. И Моцарт был истинным сыном своего века: он чутко откликался на духовные запросы времени. Наиболее ярким доказательством этой отзывчивости является оперное творчество композитора.
Вторая половина XVIII века -время бурной полемики вокруг музыкального театра, захватившей все крупнейшие страны Европы, виднейшие умы эпохи. Моцарт ни устно, ни письменно не участвовал в этих спорах, но своей музыкой гениально ответил на поставленные вопросы. На основе передовой просветительской эстетики и лучших достижений европейских оперных школ он создал собственный реалистический театр, заложил фундамент немецкой национальной оперной культуры и во многом предвосхитил реализм оперного искусства XIX века.
Если даже для вольнодумствующей Франции сюжет ’’Свадьбы Фигаро” казался слишком ’’революционным”, то какой надо было обладать идейной зрелостью, гражданским мужеством, чтобы в гораздо более консервативной Австрии сразу, по горячим следам взяться за подобный (к тому же запрещенный цензурой) сюжет и при этом в чисто музыкальной лирико-комедийной форме сохранить его революционную, антифеодальную сущность! ’’Волшебная флейта”, написанная в 1791 году, в самый разгар революции, стала сугубо моцартовским лирико-философским ее осмыслением. В виде утопии-сказки Моцарт воплотил в ней вековую и истинно просветительскую мечту человечества о разумном и справедливом обществе. Не менее показательно для эпохи и обращение к ’’вечным” легендарным сюжетам, дающим возможность раскрыть коренные философские вопросы жизни и смерти, добра и зла, смысла человеческого бытия. К 1791 году Гёте завершает один из первых вариантов ’’Фауста”, а Моцарт в 1787 году создает ему гениальную параллель в оперном творчестве — ”Дон Жуана”.
Столь же блистательно композитор решает и другую важнейшую проблему эпохи — проблему симфонизма в его широком понимании. В своих камерных и симфонических сочинениях Моцарт создает собственный тип музыкальной драмы, в ряде случаев с психологической окраской, предвосхищая стиль Бетховена и романтиков.
В Вене окончательно сложилось мировоззрение композитора, определилась та внутренняя противоречивость, трагедийно-драматический аспект восприятия жизни, который вступил в сложный диалектический синтез со светлой, ’’солнечной” стороной его творческого ”я”. Поистине, выражаясь словами Г.В. Чичерина, — ’’искрометный кубок жизни” и ’’черная бездна”. Этот синтез и определил в конечном счете уникальность моцартовского искусства, ту безмерную глубину постижения жизни во всех ее контрастах и противоречиях, во всем многообразии ее проявлений, которые присущи его творчеству.
Пророческими оказались слова В. Гёте, сказанные о Моцарте: ’’Что такое гений, как не созидающая сила, благодаря которой возникают действия, могущие смело явиться перед богом и природой, и которые именно поэтому имеют последствия и длительность? Каждое произведение Моцарта такого рода: в них есть сила созидания, которая действует из поколения в поколение, и эта сила долго не исчерпает себя и не исчезнет”.
Г. Жданова
Ежегодник памятных музыкальных дат и событий. 1986. М., 1985.
Данный материал является некоммерческим и создан в информационных, научно-популярных и учебных целях. Указанный материал носит справочно-информационный характер.
