2-го декабря 2025-го года исполняется 215 лет со дня смерти художника немецкого романтизма, живописца и графика, прозаика, поэта, теоретика искусства, создателя оригинальной теории символизма цветового строя живописной картины Филиппа Отто Рунге (1777-1810)
«Пластические произведения никогда не следовало бы смотреть без музыки, музыкальные произведения, напротив, нужно бы слушать в прекрасно декорированных залах. Поэтические же произведения следует воспринимать лишь с тем и с другим совместно. Оттого поэзия так сильно впечатляет в красивом театральном зале или в церкви, убранной с вы соким вкусом. Во всяком хорошем обществе по временам должна раздаваться музыка. Ощущаемая необходимость в пластических декорациях, без которых невозможно создание подлинной общественности, породила приемные комнаты. Лучшие кушанья, общественные игры, более изящный костюм, танец и даже более изысканная, свободная и более общая беседа возникли благодаря этому чувству возвышенной жизни в обществе и последовавшему в связи с этим объединению всего прекрасного и оживляющего для создания многообразных общих ощущений».
Так в поэтической форме размышлял о необходимости син теза искусств и о слиянии искусства и жизни теоретик и практик раннего немецкого романтизма Новалис. Под этими словами мог бы подписаться его соотечественник и младший современник живописец Филипп Отто Рунге, воспри-265 нявший идеи поэта из вторых рук, от своего друга и учителя Людвига Тика, который в первые годы 19 столетия стал одним из лидеров немецкого романтизма.
Первая попытка связать реальное пространство архитектуры и умозрительное пространство картины, украшающей интерьер, была предпринята молодым Рунге уже в 1802 году, вскоре после окончания Академии художеств в Копенгагене, когда он создал очаровательную картину-арабеску «Урок соловья», свидетельствующую о знакомстве ее автора с образцами классического искусства (интересом к наследию античности отмечено все творчество Рунге). Тогда же возникла мысль о цикле из четырех картин на тему «Времена дня», призванных оформить специальную комнату для музыкальных концертов. Разработкой этого плана занимался Рунге последующие восемь лет жизни до самой смерти.

На одном из этапов осуществления проекта появились на свет четыре гравюры: «Утро», «День», «Вечер» и «Ночь». Выполненные, по словам самого Рунге, с помощью циркуля и линейки, гравюры отличаются некоторой жесткостью манеры, геометрической точностью построения, почти зеркальной симметрией композиций. И самые изображения, и замыкающие их гравированные рамы предельно насыщены всевозможными атрибутами, символизирующими времена дня. Так, например, знаками Ночи становятся растения. Вокруг огромного подсолнуха вырастают ночные цветы — жасмин, сирень, ночная фиалка, тут же тянут вверх свои головки цветы снов и галлюцинаций — наперстянка, алоэ, герань и чертополох, маки на длинных стеблях. Ночь трактована художником как символ смерти. Усложненность образов, изощренность графического языка гравюр позволила одному из современников Рунге назвать «Времена года» «иероглификой искусства, пластической символикой».
Эти гравюры, изданные в 1805 и 1807 году, принесли Рунге славу в Германии. Но это было лишь началом работы над монументальным циклом, реализовать который полностью ему не удалось. Написанные им в 1808 и 1809 году два варианта картины «Утро» — единственное, что успел на этом пути мастер, умерший от чахотки в 1810 году.
Почти прозрачная, словно излучающая сияние фигура Авроры, богини света, парит над еще погруженной в тень землей. Едва приметным жестом богиня утверждает начало мироздания. Крошечные гении света, явившиеся из открывшегося цветка огромной голубой лилии — символа света, — приветствуют рождение дня. На первом плане на зелени луга в нежных лучах утренней зари играют дети… По словам самого Рунге, «„Утро“ — это безграничное свечение Универсума» и, добавим, — это поэтическая мечта художника о времени гармонического единения человека и природы.
Насыщенность, усложненность содержания картин породила и сложность композиций. Центральное поле изображения окружено рамами, включающими в себя новое изображение с новым пространством, причем если для «Маленького утра» художник использовал еще достаточно традиционную раму, то для «Большого утра» он собирался выстроить многочастную рамочную конструкцию, что позволяет говорить о сознательно примененном, типичном для романтического искусства приеме «картины в картине».
В этой сложной композиционной структуре свет, цвет и пространство выступают и как символы, и как обычные художественные элементы.
Тщательно и любовно написан пейзаж картины «Утро».
Внимание к пейжзажу, продиктованное мистически окрашенным чувством восхищения природой, свойственное всем ранним романтикам, позволяет говорить о Рунге как о превосходном пейзажисте, хотя работ чисто пейзажного характера у него нет. Пейзаж входит составной частью в его портретные и мифологические композиции. Причем разрыв между миром природы и миром человека, остро ощущаемый более поздними романтиками, для Рунге не существует. Он видит множество нитей, соединяющих человека и природу. Такими связующими два мира элементами оказываются для художника солнечный свет, растения и дети — эти непременные «участники» его картин.
Нежен и прозрачен наполненный воздухом и светом пейзаж за окном в портрете девочки Пертес (1805), смысловой доминантой которого является контраст затененного интерьера и мощного потока света, льющегося из окна. Ярок и радостен пейзаж второго плана в картине «Дети Хюльзенбек». Золотистый солнечный свет, мягко обволакивая деревья сада, домики вдали, вспыхивает словно на гранях драгоценных камней на металлических шляпках гвоздей изгороди, окружающей сад, покрывает глянцем большие шары, украшающие ограду, отражается в темных блестящих глазах детей, заставляет гореть насыщенные краски детских одежд.
Один из лучших пейзажей Рунге — вид на гавань со стоящими у причала парусниками на втором плане картины «Родители художника» — контрастно противопоставлен своей освещенностью мрачноватому по колориту, наполовину затемненному первому плану. И эту работу отличает тщательная выписанность деталей. Художник, а с ним и зритель, погружается в торжественное созерцание природных форм. На самом первом плане картины оказываются растения; они поч ти вытесняют людей своей активностью, «агрессивностью». Очень плотная живопись, густые краски, четкая вылеплен ность объемов рождают ощущение «роста», жизненной энергии, осязаемой жесткости, телесности растений.
Растения — «открывшееся томление земли», «самая нравственная и самая прекрасная среди всех природных форм»,— утверждали романтики. С наслаждением варьирует Рунге растительные мотивы, вводя их в свои картины, используя в рамочных конструкциях, извлекая декоративные расти тельные формы из листа бумаги с помощью ножниц (он был виртуозным мастером вырезных силуэтов). Растения предмет внимания и Рунге-рисовалыцика. В карандашном наброске «Настурция» 1808 года мягко, но уверенно прорисованы прожилки больших листьев цветка, лучеобразно расходящиеся из центра, и твердо, почти жестко очерчен внешний контур листьев, сама линия которого, то утолща ясь, то утоньшаясь, следует извивам формы, передавая «пространственную» жизнь растения и в то же время связывая его с поверхностью бумаги.
Человек в картинах Рунге — тоже органическая часть природного целого. «Вечная радость бытия одушевляет природу, и человек хочет слиться с этой радостью, как волна звенеть в мировом море». Недаром художник так любит изображать детей. «Там, где дети, там и золотой век», — говорил Но валис.
С многочисленных портретов Рунге на нас смотрят светлые, излучающие тепло лица. И будь то лица детей с огромными сияющими глазами, вдохновенных юношей, задумчивых, самоуглубленных молодых женщин, погруженных в воспоминания старцев — каждое из них, сколь бы оно ни было индивидуально, несет на себе печать общего всем людям ощущения полноты бытия, причастности к Целому. Рунге вслед за своими друзьями-романтиками утверждает ценность всего единичного, во всем конечном видя бесконечное.
Автопортреты Рунге, которые он писал и в совсем юном возрасте, и в более зрелые годы, рассказывают о том, с каким огромным внутренним напряжением и сосредоточенностью романтический художник прислушивается к потоку бытия, улавливает те его состояния, «в которых сама жизнь отдает поэту свою тайну, в которых бесконечное ближе и яснее». Перед нами предстает не только поэт, ощущающий в себе силы, одушевляющие природу, но и аналитик, стремящийся к овладению этими силами.
Созданная Рунге теория смешения красок, так называемый «Цветовой шар», увидевшая свет в 1810 году и получившая одобрение самого Гете, — одна из интереснейших страниц в истории учений о цвете.
Короткой и яркой была жизнь Филиппа Отто Рунге, не будь этого мастера, многое в поэтике романтизма не обрело бы плоти в столь ясных и осязаемых образах.
Т. ВОЛОДИНА
Сто памятных дат. Художественный календарь на 1975 г. М., 1974.
Данный материал является некоммерческим и создан в информационных, научно-популярных и учебных целях. Указанный материал носит справочно-информационный характер.






































