27 мая исполняется 165 лет со дня рождения (1859) Панаса Карповича Саксаганского (наст, имя и фамилия Афанасий Тобилевич), украинского актера, режиссера, педагога, театрального деятеля (умер в 1940 году).
Театральная династия Тобилевичей, к которой принадлежал Саксаганский, щедро поддержала слану украинской сцены. Б актерской судьбе С аксаганскою главными стали об разы, вышедшие из-под пера его брата, крупнейшего драматурга И К. Карпенко-Карого: Копач («Сто тысяч»), Гнат Голый («Савва Чалый»), Цокуль, («Наймичка»), Мартын Боруля и многие другие. Незабываемы и роли, сыгранные актером в пьесах Котляревского и Стариикого. Немирович-Данченко писал: «Если талант выдающихся актеров можно сравнить, с алмазом, то талант Саксаганского — шлифованный алмаз, это чистой воды бриллиант. Актер колоссальной правды».
Саксаганский был и режиссером, активным деятелем советского украинского театра, выдающимся педагогом, писал пьесы. Его опыт отразился в ряде книг: «Из прошлого украинского театра», «Моя работа над ролью» и др.
П. Саксаганский в роли Гната („Бесталанная» Карпенко-Карого)
Для третьего спектакля в Новом театре малороссийскою труппою поставлена была 7 января «Безталанна». Пьеса изобилует драматическими положениями, написана умно и сценично, персонажи выхвачены прямо из жизни.
Исполнением роли Гната А. К. Саксаганский лишний раз доказал, что он обладает талантом недюжинным. Вчерашний комик, сегодня этот артист играет с большим воодушевлением самую потрясающую драму. Особенно хорош был г. Саксаганский в последнем действии, когда он вносит на руках убитую им Софию. Растерянный, с блуждающими глазами, он то берет ее за руку, то прислушивается, не бьется ли у нее сердце, то почему-то поправляет ее волосы, старается безо всякой надобности укрыть ее платком, берет в руки и сейчас же бросает ее очипок, молча смотрит на нее несколько секунд и потом испускает крик; да какой крик! Надо зрителю сделать над собой неимоверные усилия, чтобы не вскрикнуть вместе с артистом.
Из ст.: П.— Одесский вестник, 1891, 9 янв.
Из воспоминаний народного артиста СССР Бориса Романицкого об исполнении Панасом Саксаганским роли Шпоньки («Где колбаса и чара, там кончается свара» Старицкого)
…Чтобы забыть эту проклятую чарку, он начинает ходить по хате и напевает, но какая-то сила влечет его к чарке. И вот он уже снова у стола.. . Остановился и сначала искоса поглядывает на чарку, а затем медленно поворачивается весь. Сколько страсти, восхищения и нежной любви в его взгляде! Он мучается, остановившись на месте, уже не поворачивает головы, а как-то всем туловищем отдергивает ее назад — и так замирает, даже глаза на миг закрываются.
Небольшая пауза. Затем он весь наклоняется, глаза жадно раскрываются, рука тянется к чарке, но внезапно он резко отдернул ее и спрятал за спину, чтобы случайно чего не вышло, а сам издали как бы «пробует» водку языком, именно издали. Он уже высунул кончик языка, не приближаясь к чарке,— не доверяет себе,— а потом вдруг снова отскочил от стола, схватил в руки валенок, бежит по направлению к чарке, чтобы вдребезги разбить «искушение» — тогда дворянская честь не будет запятнана… Вот он со всей силы размахнулся, рука с валенком взметнулась вверх,— сейчас произойдет сокрушительный удар… но… валенок почему-то не обрушился на чарку, а высоко над нею закружился и, зажатый в руке, бессильно повис в воздухе. До слуха доносятся глубоко убедительные, «практические» слова Шпоньки: «Жаль посуды». Валенок отброшен прочь. Шпонька обе руки прячет в карманы брюк, горделиво прошелся раз, другой,—он снова возле чарки!
Шпонька решает, что все же необходимо обязательно попробовать,— а может быть, это вовсе и не она (не водка). Наклоняется к столу и, не беря чарку в руки, пробует ее содержимое кончиком языка. .. На лице появляется выражение радости: глаза зажмурились от счастья и каким-то, будто бы нежным, плачем, словно захлебываясь от радости, прошептал: «О-на»,— тихонько и мелко засмеялся каким-то влюбленным, утробным и счастливым смехом. Руки начинают нежно гладить-ласкать чарку, затем он поднимает ее и несет к себе, но с полдороги отводит руку далеко в сторону — «подальше от греха» — и отворачивается. Но вот лицо его снова поворачивается к чарке; Шпонька, прищурившись, внимательно рассматривает ее на свет; чтоб рассмотреть получше, он подносит ее к себе все ближе и ближе и вдруг. . . выпил.
Цит. по кн.: Волошин И. Панас Карпович Саксаганский. Киев, 1960.
Лит.: Саксаганский П. Из прошлого украинского театра. М.; Л., 1938;
Думки про театр. Киев, 1955;
Рыльский М. Собр. соч. В 4-х т. Т. 4. М., 1963.
Памятные книжные даты. М., 1984.
Данный материал является некоммерческим и создан в информационных, научно-популярных и учебных целях. Указанный материал носит справочно-информационный характер.
