130 лет со дня рождения советского художника Льва Жегина

2-го декабря 1892-го года родился советский художник Лев Федорович Жегин (1892-1969). К 130-летию художника публикуем этот очерк о художнике. 

 

Лев Федорович Жегин относится к тем художникам, чье значение, чье право на самостоятельное и заметное место в развитии искусства осознаются не сразу. При жизни он вовсе не был знаменитым, а в последние ее десятилетия — даже и сколько-нибудь известным художником. Его тихая, камерная, можно сказать, «лабораторная» творческая работа стала понемногу раскрываться и привлекать к себе внимание лишь в последние годы. В 1970 году вышла в свет, уже не застав в живых своего автора, книга Жегина «Язык живописного произведения» — многолетний теоретический труд, посвященный тончайшему анализу построения пространства в средневековой живописи. Книга эта привлекла к себе внимание, вызвала споры и побудила нескольких ученых к дальнейшей работе в том же направлении. Вслед за этим возник интерес и к творчеству Жегина-художника. Его работы появились на нескольких выставках, были устроены вечера, посвященные его памяти, были опубликованы статьи о нем и о близком ему, тоже до тех пор малоизвестном круге художников. Сейчас скромные и беглые акварельные наброски Жегина стремятся приобрести многие музеи, его творчеству посвящаются дипломные работы студентов — оно оказалось для нас необходимым и своеобразным звеном истории советского искусства.

Лев Федорович был сыном одного из ведущих архитекторов предреволюционной Москвы, крупнейшего мастера стиля модерн в России Ф. О. Шехтеля (впоследствии художник предпочел носить фамилию матери). Учиться живописи он начинал в известной частной студии

К. Ф. Юона, а в 1911 году поступил в Училище живописи, ваяния и зодчества. Из массы своих соучеников, по его словам, «довольно серой и мало чем замечательной», он выделил двоих — Василия Чекрыгина, необычайно одаренного, очень рано погибшего художника, и Владимира Маяковского. Вместе с Чекрыгиным Жегин рисовал иллюстрации к первой книжке стихов Маяковского — «Я», изданной литографским способом в 1913 году. Не окончив Училища, Жегин продолжал затем занятия у своего отца. Весной и летом 1914 года вместе с Чекрыгиным он путешествует по Западной Европе, знакомясь с шедеврами мирового искусства. В их тогдашних разговорах вырабатываются во многом общие взгляды на пути и задачи живописи.

С 1918 года Жегин уже сам преподает в Государственной школе печатного дела, только что преобразованной из художественной школы при типографии издателя Сытина. Здесь сплотился вокруг молодого преподавателя тесный круг учеников, оставшихся верными и близкими ему на долгие годы.

В эти же годы складывалась и группа художников, ставивших себе общие задачи в искусстве.

В 1921 году они создали свой союз художников и поэтов «Искусство — жизнь», или, как его часто называют по заглавию издававшегося этой группой журнала, «Мако-вец». Здесь были такие художники, как С. В. Герасимов, Н. М. Чернышев, А. В. Фонвизин. Председателем был избран А. В. Шевченко, но душой «Маковца» был Чекрыгин. Жегин стал тогда секретарем общества.

Во многом разных по истокам и творческому темпераменту мастеров сближали общие романтические представления о высоком назначении искусства, о его духовной наполненности. «Здесь впервые заговорили о реализме, о монументальной форме. Рисунки и живопись имели у нас равное значение, с первых же шагов опираясь на культурное наследие прошлого»,— писал позднее Н. М. Чернышев. Холодноватым, отвлеченным экспериментам в области языка живописи и натуралистическому срисовыванию натуры «маковчане» стремились противопоставить искусство, насыщенное моральным и философским смыслом.

Лев Жегин

«Маковец» существовал до 1926 года, а затем складывается вокруг Жегина небольшая группа его единомышленников и прямых учеников, которой он дал название «Путь живописи». Здесь продолжались те же поиски одухотворенной, подвижной, внутренне содержательной живописной формы. Как узаконенное творческое объединение «Путь живописи» существовал пять лет — до общей ликвидации художественных группировок в стране — и показал две свои выставки в Москве и одну за границей.

В 1930-е годы камерное искусство Жегина оказалось вне основного русла развития советской живописи. Работы художника перестают появляться на выставках.

Он отдает все больше сил начатому еще ранее изучению языка средневекового искусства, продолжает заниматься живописью, но теперь как бы только для себя. Может быть, поэтому его бесчисленные наброски цветом — акварелью, гуашью, эскизы иллюстраций, этюды цветов, пейзажи, портреты и особенно автопортреты — все больше получают характер беглой, почти стенографической записи сменяющихся душевных состояний, выражаемых не столько сюжетом, сколько цветом и ритмом, беспокойным движением света и теней, быстрыми, нервными ударами кисти. Художник то возвращается к ясности своего увиденного в зеркале конкретного облика, то свободно отходит от него, меняя характеристику, как бы примеряя себе все новые эмоциональные и психологические маски. Эти работы могут показаться неоконченными, но всегда это незавершенность только внешняя, отсутствие детализации, отделки. Кажется, художник не интересуется формой (ее подробностями—во всяком случае), но жадно схватывает чистую эмоцию, подвижную жизнь души. Расплывчатая неопределенность среды делает пространство особенно глубоким и насыщенным. Порывистая и вибрирующая подвижность фигур, разделенных, но внутренне связанных между собой, напряженность цветовых сочетаний внутри очень сдержанной, даже глуховатой общей гаммы излюбленных
Жегиным синеватых, серо-зеленых и красно-коричневых тонов заставляют вглядываться и вживаться, с некоторым напряжением входить не просто в изображенное пространство, но в сложный и немного таинственный мир художника.

Есть, быть может, некоторое противоречие между Жегиным-исследователем, с холодноватым любопытством изучающим хитроумное пространственное устройство иконы, и живописцем, на лету схватывающим и «прикрепляющим к бумаге» мимолетное душевное движение, живую взволнованность цветком, солнечным лучом, подвижностью человеческого лица. Художник романтического склада, Жегин сумел до предела сократить расстояние между мертвыми материалами, техникой и жизнью человеческого духа.

Литература: Жегин Л. Ф. Язык живописного произведения. М., 1970

Художественный календарь – Сто памятных дат. М., 1981. 

Посмотрите ещё:

К 190 летию русского художника Михаила Клодта
215 лет со дня рождения американского художника Уильяма Сиднея Маунта
130 лет со дня рождения советского скульптора Сарры Лебедевой
100 лет эстонской художнице Лейле Мууга
415 лет со дня рождения фламандского художника Яна Эразма Квеллина
365 лет французскому скульптору эпохи барокко Никола Кусту
120 лет со дня рождения советского искусствоведа и педагога Михаила Алпатова
190 лет белорусскому художнику Аполлинарию Горавскому
175 лет великому русскому художнику Василию Сурикову
290 лет со дня рождения российского художника 18-го столетия Карла Христинека
К 190-летию Павла Михайловича Третьякова
130 лет со дня рождения русского советского художника Петра Староносова
340 лет со дня смерти французского художника Клода Лоррена
170 лет со дня рождения шведского художника Карла Ларсона
65 лет со дня смерти чешского художника Йозефа Лады
120 лет со дня рождения советского скульптора Макса Гельмана
265 лет русскому скульптору Ивану Прокофьеву
590 лет со дня рождения итальянского скульптора и художника Антонио дель Поллайоло
165 лет со дня рождения немецкого художника Генриха Цилле
90 лет со дня смерти скульптора Николая Андреева
115 лет со дня рождения американского танцовщика и хореографа Хосе Лимона
140 лет со дня смерти французского художника Гюстава Доре
200 лет со дня рождения аргентинского художника Прилидьяно Пуэйредона
115 лет со дня смерти польского художника Станислава Выспяньского