78. Отчет о поездке в ФРГ (Воспоминания о Викторе Монюкове)

Из сборника статей о Викторе Карловиче Монюкове «НА ТО И ПАМЯТЬ НАМ ДАНА» 

ПРАГА 1968 ГОД… Читать ранее 

Читать далее…  ПИСЬМА К В.К. МОНЮКОВУ

Отчет о поездке в ФРГ

(отчет)

Начальнику управления внешних сношений

Министерства культуры СССР тов. КАЛИНИНУ Н.С.

Начальнику управления театров тов. ТАРАСОВУ П.А.

Начальнику управления учебных заведений

и кадров тов. ИЛЬИНОЙ Л.Г.

от доцента Школы-студии МХАТ

режиссера МОНЮКОВА В.К.

 

ОТЧЕТ О ПОЕЗДКЕ

В ФЕДЕРАТИВНУЮ РЕСПУБЛИКУ ГЕРМАНИЮ

  1. ОБСТАНОВКА

22 января 1968г. по направлению Министерства культуры СССР и приглашению Городского театра г. Саарбрюккен (ФРГ) я прибыл для постановки пьесы А. Арбузова «Ленинградский романс» («Мой бедный Марат»).

29 января в Саарбрюккен прибыл рекомендованный мной художник А.П. Васильев, с которым заранее в Москве мы разработали принципы внешнего решения спектакля. Был создан макет и большая часть эскизов костюмов.

Нашей поездке предшествовали следующие обстоятельства,

В последний год в Западной Германии сложилась сложная политическая обстановка, которую схематично (в результате наших собственных наблюдений и бесед с советником Советского посольства в Бонне тов. Е.А. Косаревым) можно обрисовать так: рост неофашистской партии Н.Д.П., прохождение ее членов на выборах в Ландестаги и борьба за места в Бундестаге вызвали большую тревогу и острую реакцию в среде прогрессивно настроенного населения и, в первую очередь, среди большей части молодежи и интеллигенции. Более того, в то время как одна часть крупных промышленников тайно или явно финансово поддерживает Н.Д.П. — другая часть крупных капиталистов проявляет недовольство политикой правительства, высказывает откровенную заинтересованность в восточных рынках сбыта и, стало быть, в экономических контактах с «востоком» и, в первую очередь, с СССР. Католическая и евангелическая церковь Западной Германии неожиданно стала на совершенно новые позиции, обратившись в 20-х числах февраля к верующим с призывом признать границы по Одеру — Нейсе.

Антивоенные настроения, возмущение войной во Вьетнаме, недовольство американской политикой в Германии очень сильны. Наиболее активными противниками войны и милитаристских и реваншистских тенденций являются участники 2-й мировой войны и особенно лица, бывшие у нас в плену. Среди интеллигенции открыто и активно высказываются стремления к культурным контактам с Востоком, проявляется огромный интерес к советской литературе, кино, театру; растет количество лиц, покупающих туристические путевки в Советский Союз.

Саар (Саарланд) — один из крупнейших промышленных районов Западной Германии, где очень сильны профсоюзы; единственная область ФРГ, где официально разрешено общество германо-советской дружбы. В этих условиях интендант Саарбрюккенского театра Герман Ведекинд провел в прошлом году недели польского и югославского театров. Тогда Е.А. Косаревым было сделано предложение бургомистру г. Саарбрюккена о проведении «недели русского театра», которое было горячо поддержано Ведекиндом и одобрено бургомистром. В марте с.г. такая неделя состоится. Оперная труппа покажет «Князь Игорь» Бородина, балетная — «Золушку» Прокофьева, драматическая — «Затейник» Розова, «Баню» Маяковского, «Ленинградский романс» («Мой бедный Марат») Арбузова. На последнюю постановку было решено пригласить советского режиссера и художника (впервые в ФРГ).

  1. II. ТВОРЧЕСКАЯ РАБОТА

Работа над спектаклем протекала в весьма трудных для нас условиях. Первое — это сроки постановки, для нас непривычно сжатые. Я имел от первой читки пьесы до последней генеральной — 26 репетиций, 2 из которых ушли на общую и световую монтировку, то есть значит, на пьесу в 14 картин (3 акта) — 24 репетиции с исполнителями.

Немецкий зритель отвык от «длинных» спектаклей. Современная пьеса идет максимум два часа с одним антрактом, как правило, без декораций и гримов (арбузовская пьеса длится три часа с двумя антрактами). За последнее время всякая подлинность жизни на сцене, например, настоящие слезы актеров, считаются «дурным тоном» и вызывают смеховую реакцию в зрительном зале.

Наше искусство, наши эстетические и творческие позиции были совершенно иными! Наконец, хотя в пьесе Арбузова нет того, что называют на Западе «пропагандой», ее первый акт происходит в осажденном Ленинграде во время войны, а во втором акте главный герой пьесы появляется на сцене в форме капитана Советской Армии с золотой звездой Героя Советского Союза, только что вернувшись с войны, — факт невероятный для западно-германской сцены. Нас предупредили, что это, с нашей стороны, своего рода «провокация», но мы не пошли на то, чтобы выпускать Марата в штатском.

Исполнители трех ролей пьесы были определены театром заранее еще до нашего приезда, что тоже создавало определенные трудности. К счастью, распределение ролей оказалось весьма удачным. И Леон Райнер (Марат), и Инго Эккерт (Леонидик), и особенно Антье роош (Лика) оказались артистами очень одаренными, высокопрофессиональными, точными и старательными. С первых же репетиций возникла атмосфера абсолютного доверия и уважения, безусловного признания методов нашей работы, готовности выполнить любое режиссерское задание и требование. Такие же отношения сложились у А.П. Васильева со своими техническими цехами театра. Его умение сделать не только художественный эскиз и точный макет, но и профессиональный чертеж, его умение своими руками сделать нужную вещь или руководить пошивом костюмов вызвали всеобщее уважение и безоговорочное подчинение.

Это интересно:   94. Авторы сборника (Воспоминания о Викторе Монюкове)

Каждое наше требование и желание исполнялось немедленно, точно и в прекрасном качестве, даже если это требовало заказов в другом городе. Например, образцы Советской военной формы были доставлены из Бонна, запись боя Кремлевских курантов — из Франкфурта и т.д.

В коллективе театра стихийно возникла группа «болельщиков» и добровольных помощников нашей постановки. Свободные от других репетиций актеры сидели на наших репетициях, завлит театра Шлаге, режиссер Йохов, сам Ведекинд постоянно бывали на репетициях, спрашивая, не нужна ли в чем-нибудь их помощь. Репетиции посещались актерами Саарского телевидения, несколько репетиций пробыли искусствовед из Вены — Илга Кубела, издатель Шпиц из Гамбурга и т.д. Все это было важно еще и потому, что в ходе работы, естественно, возникали беседы на самые различные темы, связанные с Отечественной войной, мужеством защитников Ленинграда, послевоенными проблемами жизни нашего народа, варварством фашистов, разрушивших исторические и культурные ценности Ленинграда. Зная, что семья врача Мейсс из города Каальхоф (30 км от Саарбрюккена), будучи в туристической поездке в Москве и Ленинграде, сняла цветной видовой фильм об этих городах, я обратился к ним с просьбой показать эти фильмы участникам спектакля и желающим работникам театра, что они с большой охотой сделали.

Однажды на репетиции возник вопрос о том, кто такой Киров (его имя часто упоминалось в тексте). Рассказывая об образе подлинного партийного вождя, настоящего коммуниста, я упомянул о Тельмане, о котором, как выяснилось, молодые актеры знали очень мало. Так возник разговор об истории Германской Компартии и ее вождях.

Премьера спектакля, состоявшаяся 19 февраля, имела большой успех. Зал был переполнен, слушали прекрасно. Актеры играли с большим подъемом. Вызовов было более двадцати. На спектакле присутствовал советник нашего посольства т. Е.А. Косарев. После спектакля был устроен бургомистром специальный прием-банкет, на котором выступили с речами обербургомистр Саарбрюккена Шустер, тов. Косарев, Ведекинд и т.д.

20 и 21 февраля мы просмотрели еще два «рядовых» представления. Зал по-прежнему был полон и аплодисменты и вызовы в финале были такими же, как на премьере. Е.А. Косарев выразил нам свое полное удовлетворение, как спектаклем, так и реакцией на него немецкого зрителя.

Нельзя не упомянуть еще об одном деле, первоначально не входившем в нашу программу. В начале февраля завлит театра Хайнц Шлаге предложил мне устроить концерт русской поэзии из произведений, которые я знаю наизусть. Сложилась программа из стихов Пушкина, Блока, Есенина, Маяковского, Симонова, Твардовского, Евтушенко. С доцентом факультета славистики Саарбрюккенского университета г-жой Халлат мы проделали большую работу по определению лучших переводов отобранных стихотворений. 11 февраля концерт состоялся. Завлит театра Шлаге читал короткую биографическую справку о поэте, затем режиссер Йохов читал немецкий стихотворный перевод и затем я — по-русски. Чтение перемежалось музыкой Чайковского, Рахманинова, Скрябина в исполнении на фортепьяно гл.дирижера театра Вильке. На концерте присутствовали студенты и преподаватели университета, представители интеллигенции Саарбрюккена, актеры театра. Концерт прошел с очень большим успехом. Особенным успехом пользовались «Россия» Блока, «Сергей Есенин» Маяковского, «Жди меня» Симонова (многие плакали) и «Партизанские могилы» Евтушенко. Через два дня Саарское радио предложило мне записать несколько стихотворений, а в дальнейшем во многих домах, куда нас приглашали в гости, вновь и вновь просили читать русские стихи.

III. ПРЕССА. ОФИЦИАЛЬНЫЕ ВСТРЕЧИ

С первых же дней нашего пребывания в Саарбрюккене пресса, телевидение и радио проявляли большой интерес к нашей работе и к нам. Статьи о постановке арбузовской пьесы, статьи с нашими биографиями начали появляться задолго до нашего приезда. Было около семи выступлений о ходе работы. По поводу концерта русской поэзии «Саарбрюккенцайтунг» дала развернутую рецензию. По поводу премьеры мы застали одну большую рецензию в «Саарбрюккенцайтунг» и знаем о появлении рецензии в «Ландесцайтунг». Первая рецензия в основном лояльна и благожелательна, хотя и содержит много критических замечаний в адрес пьесы с позиций критики «социалистического реализма», которому посвящена большая часть статьи. Вторая рецензия — резко отрицательная, с упреками в «социалистической пропаганде», называется она «Герой Советского Союза» и начинается возмущением автора по поводу «оперетты», устроенной в финале спектакля, когда интендант Ведекинд подносил русским цветы и целовал их, и актеры с ним целовались, и т.д. и т.п.

Полагаю, что газетная перепалка продолжится и после нашего отъезда.

Большой интерес к работе проявило телевидение и радио. За месяц работы Саарское телевидение дважды передавало интервью со мной, моменты репетиции и сцены из спектакля. Дважды интервью, сцены из спектакля и репетиционные моменты передавались по телевидению из Гамбурга в главных новостях на всю Западную Германию.

Дважды брали развернутые радиоинтервью. Причем одно из них с комментариями о постановке (восторженными) было взято сразу после премьеры и, как мы узнали уже в Москве, передавалось по «немецкой волне» на русском языке из Кельна.

Это интересно:   Вечер в доме актера к 70-летию Бориса Поюровского. 2003-й год.

В начале февраля мы были приняты обербургомистром Шустером и имели с ним беседу о желательности продолжения связи Саарбрюккен — Москва и т.д.

В день премьеры нас пригласил к себе министр-президент Саарланда г-н Редер и имел с нами 40-минутную беседу. В этой беседе он высказал удовлетворение тем, что поставлена советская пьеса, пожелал нам успеха и, развивая тему о желательности большего сближения с Советским Союзом, сказал следующую мысль: «Не подумайте, что я против Америки и американцев, но американское влияние в области культуры нас совершенно не устраивает. Оно чуждо нам. Нам гораздо ближе по духу и исторически культура, идущая с Востока. Вот почему мы так заинтересованы в визитах, подобных вашему».

  1. УСЛОВИЯ ЖИЗНИ. НЕОФИЦИАЛЬНЫЕ ВСТРЕЧИ

В день своего приезда в Саарбрюккен я нашел в театре пачку писем от хорошо знакомых мне по прошлым приездам в ФРГ, малознакомых и совсем незнакомых немцев. В этих письмах поздравляли меня с приездом и началом работы, выражали радость по поводу подобного сотрудничества, желали удачи… В дальнейшем старые друзья и коллеги по совместной работе неоднократно звонили, интересовались ходом дел, спрашивали, не нужна ли помощь. А к заключительному этапу работы над спектаклем начали съезжаться из Эссена, Ульма, Бохума. На премьеру приехал д-р Эрих Шумахер — интендант театра в г. Эссене, председатель немецкого центра и член исполкома И.Т.И. (М.И.Т.), руководитель театра Ведекинд и его коллеги делали все возможное, чтобы создать нам наиболее благоприятные бытовые условия, а в короткие свободные часы показать нам по возможности больше. Нам была организована поездка в г. Трир, показаны достопримечательности города, в том числе дом Карла Маркса. Был устроен прием интендантом Саарского радио и телевидения господином Фрицем Май с детальным осмотром новых (замечательных) корпусов радио и телестудий. Во время этой встречи был поднят вопрос о возможности заказа советскому автору радио или телепьесы с тем, чтобы она была поставлена мной.

Там же состоялась моя встреча с давнишним знакомым, чехословацким драматургом Павлом Когоутом (пьесу которого я ставил во МХАТе). Он ставит на телевидении Саара свою пьесу «Такая любовь». Руководители радио и телевидения подчеркивали, что со многими странами социалистического мира у них уже налажены активные связи и обмен. Мы получили три приглашения в дома крупных капиталистов. Это фон Бох — крупнейший фабрикант керамических изделий (знаменитая «Матлахская плитка», которой выложен пол в вестибюле Большого театра), фирма фон Бох с дореволюционных лет сотрудничала с Россией.

Это Курт Вендель (г.Пермазенц) — один из ведущих в ФРГ фабрикантов женской обуви.

Это Кооль-Вайганд — владелец уникальнейшей коллекции немецких импрессионистов и экспрессионстов Пурманн’а, Слейфогт’а, Либерманн’а, Бейсгорберт’а. (Коллекция, по мнению А.П. Васильева, миллиардной стоимости. Достаточно сказать, что у него в коллекции 700 листов графики Шагала).

Фон Бох подчеркивал, что нужно возобновить традиционные связи его фирмы с Россией, что керамические изделия его заводов могут очень понадобиться в нашей стране, которая много строит. Курт Вендель просто заявил, что раз есть опыт с Фиатом, он хотел бы быть следующим. «Дайте мне самую отстающую вашу обувную фабрику, я вложу свой капитал. Вы ничем не будете рисковать. Через год-два я завалю страну отличной женской обувью, и тогда мы будем делить прибыли с вашим государством. Вы же ничем не рискуете!». Кооль-Вайганд, который уже провел выставку своей коллекции в ГДР, мечтает о выставке в России (будет рад обмену с выставкой в ФРГ русской и советской живописи).

За месяц нашего пребывания стали нам очень близки некоторые немецкие семьи, которые просто старались сделать нашу жизнь наиболее приятной и интересной, трогательно пытались организовать нам отдых от работы. Это, во-первых, семья Фрица Карманна — директора завода «Карлсберг-Биер» (г. Хомбург). Сам Карманн был у нас в плену, работал четыре года шофером в Вологде, говорит по-русски.

Вот одно из его высказываний: «Русские — замечательные люди. Я это понял по тому, как с нами обращались в плену. Мы — немцы, знали, что живем в условиях лучших, чем советские люди вокруг нас. Они подчас просто голодали. Голодали… и еще подкармливали нас. Я этого никогда не забуду».

Семья доктора Мейсс (г. Коольхоф).

Семья Халлат (муж — архитектор, жена — доцент факультета славистики).

Среди прочих визитов можно назвать визит к д-ру Мудрих — одному из руководителей газеты «Саарбрюккенцайтунг», к модному молодому художнику Гросс-Марио. В ходе этих встреч велись совершенно открытые и прямые разговоры о политике, об искусстве, мы высказывали прямо свое отношение как к произведениям Гросс-Марио, так и к некоторым взглядам д-ра Мудриха.

Атмосфера полного откровения и ясности наших позиций по всем «острым» вопросам цементировала и нашу дружбу со многими работниками театра. Они платили нам такой же откровенностью. Вот, к примеру, один из разговоров: «Считаете ли вы нормальным нынешнее положение разделенной Германии? ».

Это интересно:   58. Татьяна Глебова "Нам всем повезло" (Воспоминания о Викторе Монюкове)

Я. «Я считаю это положение нормальным последствием ненормальной войны».

ЭККЕРТ (исполнитель роли Леонидика). «И очень хорошо, что существует ГДР. Она сдерживает. Пока у нас Н.П.Д. — 10%, а объедини Германию — немцы раздуются опять:

«великая нация», и будет Н.П.Д. — 30 % !».

РАЙНЕР (исполнитель роди Марата). «В тот день, когда хоть один «Н.П.Д.-ист» пройдет в Бундестаг — я убегу в ГДР!

У меня мать в Лейпциге. Это ведь будет означать, что все началось сначала».

Основными вопросами, обращенными к нам, вызывающими недоумение в области советской внешней политики, были вопросы о дружбе с Насером («Он же фашист!»), о дружбе с Кастро («Он же ругает вас на всех перекрестках!»). А в области внутренней политики — вопрос о юридической неправомерности судов над писателями и особенно то, что эти процессы — закрытые. Это расценивается как возвращение к «темным временам Сталина».

  1. ЗАКЛЮЧЕНИЕ.

НЕКОТОРЫЕ ВЫВОДЫ И ПРЕДЛОЖЕНИЯ

Итак, поездка закончена. Судя по всему, она была нужной, полезной и по результатам работы— творчески удачной.

Получено приглашение от бургомистра Саарбрюккена и руководителя театра приехать на постановку на будущий сезон (письмо в официальные инстанции будет послано в ближайшее время).

Получено устное приглашение от интенданта театра г. Эссена о постановке советского спектакля в их театре на будущий сезон (письмо будет послано в ближайшие дни).

Мне кажется необходимым:

  1. В интересах дела всемерно поддерживать эти пожелания и удовлетворять их.
  2. Срочно дать информацию в советской печати («Советская культура», журнал «Театр», «Литературная газета») о факте постановки советской пьесы советским режиссером и художником в Западной Германии и о русской театральной неделе. Это очень интересует наших друзей — инициаторов этого приглашения, отнесутся ли в Советском Союзе к этому делу, как к важному и нужному.
  3. Было бы очень хорошо найти возможность пригласить в Советский Союз Германа Ведекинда (просто в составе делегации или, например, на постановку классической оперы в театр Станиславского и Немировича-Данченко, он — оперный режиссер).
  4. Если когда-нибудь возникнет вопрос о гастролях драматического театра ФРГ в СССР, то «Ленинградский романс» во многих отношениях удобен, экономичен и показателен.

Все эти соображения были высказаны мной Е.А. Косареву и, по существу, одобрены им.

/В.К.Монюков/

Приложения:

  1. Перевод письма Г. Ведекинда
  2. Перевод письма артиста К. Зихлера
  3. Перевод записки И. Кубелы
  4. Перевод письма семьи Гретц

Вырезки из газет, программы спектакля и концерта русской поэзии, афиша «Ленинградского романса» приложены к экземпляру отчета в адрес управления внешних сношений.

ПРАГА 1968 ГОД… Читать ранее 

Читать далее…  ПИСЬМА К В.К. МОНЮКОВУ

Из книги:

НА ТО И ПАМЯТЬ НАМ ДАНА…: сборник статей о театральном педагоге В.К. Монюкове. Владимир, 2008. Составители Надежда Васильева, Александр Курский. Под редакцией Бориса Михайловича Поюровского.

Сборник статей, посвященный выдающемуся театральному педагогу, режиссеру Виктору Карловичу Монюкову (1924-1984), составлен из воспоминаний учеников, коллег и людей, близко его знавших. Публикуются материалы, связанные с творческими командировками В.К. Монюкова в ФРГ, в Финляндию, в Чехословакию. Представлены некоторые его выступления и публикации. Книга сопровождается большим количеством фотографий.

Эта книга — признание в любви, долг памяти, взгляд в будущее.

Виктор Монюков - На то и память нам дана
Виктор Монюков — На то и память нам дана

Большая благодарность авторам сборника воспоминаний Александру Курскому и Надежде Васильевой за разрешение разместить на нашем сайте главы из этой замечательной книги, а также за всю оказанную ими помощь.

Из сборника статей о Викторе Карловиче Монюкове «НА ТО И ПАМЯТЬ НАМ ДАНА»

ПОДЕЛИТЕСЬ ЗАПИСЬЮ