Ирина Алпатова «Брачный антракт» (о спектакле «Чудаки, или Жених с Зеленого Мыса») — 28.12.2006 г.

2

Ирина Алпатова

Брачный антракт

спектакль — «Чудаки, или Жених с Зеленого Мыса»

Культура, 28 декабря 2006 года

Чем все-таки интересен Новый драматический театр, так это своей репертуарной политикой. Когда театров в Москве — вагон и маленькая тележка, то совершенно естественно, что оригинальных произведений на всех не хватит, а значит, популярные авторы кочуют по сценам в немереном количестве. Новый драматический с трудом, конечно, но пытается сохранять репертуарное своеобразие — в его афише масса названий, которые существуют здесь в единственном экземпляре. А учитывая, что для обычной публики, которая и является массовой, все-таки новизна сюжета куда привлекательнее режиссерских импровизаций, стоит признать, что театр поступает совершенно правильно.

И вот под Новый год на афише Нового драматического театра появился не кто-нибудь, а сам Вольтер. Тот самый великий француз, философ и писатель, один из первых просветителей, наставлявший на путь истинный саму Екатерину II. Ну и драматург, конечно, потому что в столетии XVIII театр стал весьма серьезным средством общественного просвещения. Впрочем, в этой ипостаси, как свидетельствует театральная история, Вольтер имел скорее литературный, нежели сценический успех. Хотя его трагедии «Магомет», «Заира» и прочие ставились регулярно, но по зрительской популярности уступали произведениям старших коллег-классицистов Корнеля и Расина. Комедия же, считавшаяся в ту пору «низким жанром», была востребована и того меньше.

Но сегодня «низость» жанра давно отошла в прошлое, и ничего желаннее комедии для публики нет. И вот тут-то театр может пойти двумя путями: штамповать друг за другом переводные псевдобродвейские пьески либо как следует перетрясти архивы: вдруг что-то да отыщется. Вольтеровские «Чудаки» действительно нашлись в архиве московского Театра сатиры, где пьесу собирались ставить в 1945 году. Но тут подоспело очередное постановление партии и правительства о засилье «мелкотемья», и комедия так и осталась лежать на полке. Впрочем, крошечный сценический опыт в России у нее все же был: в 1917 году она шла на сцене петроградского Михайловского театра. Но, сами понимаете, вскоре тоже оказалась не ко времени. Да и не публиковалась никогда (перевод М.Волобринского). Так что Новый драматический театр и режиссер Вячеслав Долгачев совершили самое настоящее открытие.

Шедевром подобную драматургию, конечно, не назовешь. Но ее комедийный уровень вполне достойный — пьеса изобретательна, смешна, весьма легка и замешена на многочисленных любовных интригах. Правда, она разговорного толка, а значит, весьма большое значение приобретают постановочные ходы и актерское мастерство. Равно как и сценический дизайн (художник-постановщик Маргарита Демьянова). Фрагмент дома председателя суда Бодэна и его семейства, с окошками и балкончиками, задекорирован плющом. Это же зеленое буйство покрывает собой стены и ограды. А в центре журчит живой фонтанчик, в котором не в меру разбушевавшиеся влюбленные будут впоследствии топить своих соперников.

Определить жанр спектакля Вячеслава Долгачева можно фрагментом названия другой известной пьесы — «безумный день». Здесь никто и минуты не постоит спокойно, все задорно суетятся, мечутся из угла в угол, падают, с ловкостью акробатов взбираются по плющу на балкон или на стену. Дамы хохочут, стонут и кокетничают, кавалеры рычат от страсти, то и дело «бросаясь в бой». Определенно этой суеты многовато. Но также понятно, что она — издержки предпремьерного волнения, а со временем все уравновесится. Пока же молодым актерам так приятно осознавать, что ты с легкостью «заводишь» аншлаговый зрительный зал и он явно настраивается на эту суматошную атмосферу.

Другой вопрос, что сегодня практически никто из режиссеров, от начинающих до мэтров, не устоит перед искушением ну хоть чуть-чуть приблизить классика к нашим то гламурным, то «уличным» реалиям. Юная Фаншон (Надежда Пылаева) капризно тянет: «Ну ты, типа, жених, что ли?», задирая ножку в красивом чулочке на бортик фонтана. Кавалер (Михаил Калиничев) срывает с себя одежды, правда, целомудренно повернувшись спиной к зрительному залу. Красотка Графиня (в очень стильном и смешном исполнении Виолетты Давыдовской) тут же следует его примеру, не менее целомудренно прикрываясь рукой. И не в ханжестве пишущего дело — видали мы сценические стриптизы и покруче, только все давно уже стало общим местом. А вот увлечь и рассмешить чисто вольтеровскими (или шекспировскими, или чеховскими и т.д.) средствами — задачка посложнее. Способен ли Вячеслав Долгачев ее решить? Даже не сомневайтесь, он это уже не раз делал. Да и зал в эти минуты, честно признаться, вовсе не ревел от восторга, а как-то смущенно затихал.

Впрочем, у «Чудаков», помимо профессиональной слаженности и грамотности, есть и еще одно достоинство: здесь смогли дебютировать сразу четверо молодых артистов, в этом сезоне принятых в труппу из московских и петербургских театральных вузов: Дмитрий Вагин (Граф), Надежда Пылаева (Фаншон), Сергей Моисеев (Конюший, Портной, Паж) и Ольга Беляева (Шампань). И все они совершенно справедливо вызывали искренние аплодисменты публики. Вообще, сегодня у Вячеслава Долгачева можно поучиться способам формирования труппы. Вчерашняя молодежь, которой ныне едва перевалило за тридцать, уверенно переходит в ранг «среднего» поколения, а актерский состав тут же пополняется талантливыми двадцатилетними. Впрочем, и находящиеся в прекрасной форме «старики» стараются не отставать в проявлениях сценического темперамента.

(Visited 38 times, 1 visits today)

Посмотрите еще...