34. Олег Табаков «Все непросто» (Воспоминания о Викторе Монюкове)

4

Из сборника статей о Викторе Карловиче Монюкове «НА ТО И ПАМЯТЬ НАМ ДАНА» 

ИГОРЬ КАШИНЦЕВ «ВСПОМИНАЯ ПРЕКРАСНЫЕ ГОДЫ»… Читать ранее 

Читать далее…  ВЛАДИМИР ЗАМАНСКИЙ «УЧИТЕЛЬ ВСЕГДА ВЫШЕ»

Олег Табаков «Все непросто»

(глазами учеников)

Виктор Карлович был, будем так говорить, чуть «особ статья» среди педагогов Школы-сту­дии. Во-первых, потому что, наверное, из тех, кто не прошел карьеру актера, а во-вторых, несмотря на это, был весьма последователен и действительно успешен в своей педагогической практике.

Он был живой и явно до какой-то степени критично относящий­ся к существующему положению вещей в Художественном театре.

Короче говоря, в Викторе Карловиче была неуместная по тем време­нам трезвость оценки реального положения вещей, и вообще он был иронист, умница, жизнелюб.

Работать с ним мне довелось только однажды. Это был отрывок на 2-м курсе, в котором я участвовал, и должен сказать, что да, Виктор Карлович был явно нетрадиционен, он, тогда еще совсем молодой человек, явно выпадал из этого сообщества, будем говорить, перева­ливших за 60, мастеров Художественного театра.

С другой стороны, по ремеслу, а я склонен все-таки без патетики говорить о нашей профессии, он был из немногих, кто этому ремес­лу учил.

Делали мы отрывок из «Весны в Москве», это что-то, безусловно, типа «Свинарка и пастух». Что-то огульно социалистически-коммунистическое стояло в воздухе, а шаги к этому были вполне реальные, из человеческого опыта. Должен заметить, что и дипломные спектакли Монюкова были интереснее других.

Видимо, неслучайно, когда Олегом Николаевичем Ефремовым затевалась Студия молодых актеров, Виктор был одним из тех, кто так или иначе участвовал в этих ночных бдениях.

Идеологом всего в значительной степени являлся Виталий Яковле­вич Виленкин, но там были и Саша Шатрин, и Толя Эфрос, и Борис Львов-Анохин. Но многим медведям трудно в одной берлоге, а уж когда коллектив медвежий собирается… Это явно не устраивало уча­стников «круглых столов», и как-то все рассредоточилось и встало на свои позиции.

Виктор Карлович был одним из тех немногих людей, кто, так сказать, по моему одаренному лбу нанес весьма солидный, болезнен­ный щелобан.

Должен сказать, что к тому моменту я уже был вполне назначен в таланты. Началось это после отрывка из «Ревизора», последний семестр 2-го курса: Качаловская стипендия, усиленное питание… А то, о чем я рассказываю, произошло уже перед окончанием, там был некоторый перебор. Я играл Трофимова в «Вишневом саде», Грекова во «Врагах», Федю в «Фабричной девчонке»… Ну все, что связано со вторичными половыми признаками, было мое. Я даже играл директора в пьесе Алехандро Касона «Деревья умирают стоя», которого играли те, кого Иван Артемьевич Слонов, первый артист в Саратове, называл «любец». А поскольку шея была 32 размера, то где-то там, в подкорке, я понимал, что есть какая-то неправда (но Василий Осипович Топорков был очень умный человек, и поэтому он считал… и т.д.).

И вот однажды одевался я в нашей раздевалке: как войдешь, где Софья Ароновна, а налево — раздевалка профессоров. Не буду гово­рить, что мне Виктор Карлович сказал, что-то весьма саркастическое (осторожно так назовем), прямо «выдал» среди всеобщего фимиама, любви Софьи Ароновны, Веры Юлиановны и Натальи Григорьевны. Вылил такой отрезвляющий ушат холодной воды, который я весьма ощутил. Это было очень запоминающимся. И не могу сказать, чтобы какая-то злоба или ущербность во мне родились, потому что, видимо, фимиам был настолько плотным, почти удушающе плотным, но я, пожалуй, задумался.

Разница в возрасте у нас с Виктором Карловичем в 10 лет с лиш­ним. Не могу сказать, что я товарищ, но короткие встречи, которые случались, свидетельствовали о том, что после сказанного им в раз­девалке он с приятностью открывал для себя что-то, смотрел, что парень-то я ничего-о-о.

В.К.Монюков был умен, и в силу неактерского существа у него не было желания всех обойти с протянутой рукой и спросить: «А что вы думаете по поводу моего таланта?». Вот этого у него не было. Надо сказать, что Виктор был трезв, это было его свойство. Думаю, трезвость эта сказывалась в затее с Новым Драматическим театром, а сложности случились все-таки из-за того, что он был н и ч е й. В те времена нельзя было быть ничьим.

Если говорить про Школу, то здесь Виктор Карлович был, я бы сказал, наособицу.

Так сложилось, что квартира, где жил Виктор Карлович, стала частью помещения нашего театра, а собственно его комната — репетици­онным залом. Над входом в этот зал висит фотография Монюкова.

Я из врачебной семьи, есть такое слово — этимология — происхож­дение. Так вот, этимология этой фотографии такова. В те времена, когда нас стали «ломать», я подумал: «Как же так? Как-то быстро нас лишают того жизненного пространства». И решил: «Ах, вы так… А вот мы вам ответим!». Так появилась эта фотография над входом в репетиционный зал.

От немалого количества бывших студентов Школы-студии я слы­шал добрые, нежные слова о В.К.Франке-Монюкове, не встречал че­ловека, который бы говорил об этом педагоге без должного уважения. А за те 15 лет, которые я служил ректором Школы-студии, бывали разные даты, появлялись люди издалека… «из небытия».

Действительно, Виктор Карлович был человеком, занимающимся своим делом по любви.

ИГОРЬ КАШИНЦЕВ «ВСПОМИНАЯ ПРЕКРАСНЫЕ ГОДЫ»… Читать ранее 

Читать далее…  ВЛАДИМИР ЗАМАНСКИЙ «УЧИТЕЛЬ ВСЕГДА ВЫШЕ»

Из книги:

НА ТО И ПАМЯТЬ НАМ ДАНА…: сборник статей о театральном педагоге В.К. Монюкове. Владимир, 2008. Составители Надежда Васильева, Александр Курский. Под редакцией Бориса Михайловича Поюровского.

Сборник статей, посвященный выдающемуся театральному педагогу, режиссеру Виктору Карловичу Монюкову (1924-1984), составлен из воспоминаний учеников, коллег и людей, близко его знавших. Публикуются материалы, связанные с творческими командировками В.К. Монюкова в ФРГ, в Финляндию, в Чехословакию. Представлены некоторые его выступления и публикации. Книга сопровождается большим количеством фотографий.

Эта книга — признание в любви, долг памяти, взгляд в будущее.

Виктор Монюков - На то и память нам дана

Виктор Монюков — На то и память нам дана

Большая благодарность авторам сборника воспоминаний Александру Курскому и Надежде Васильевой за разрешение разместить на нашем сайте главы из этой замечательной книги, а также за всю оказанную ими помощь.

Из сборника статей о Викторе Карловиче Монюкове «НА ТО И ПАМЯТЬ НАМ ДАНА»

(Visited 31 times, 1 visits today)


Посмотрите еще...