О премьерном спектакле Нового театра «Месяц в деревне» рассказывают Наталья Рассиева и Роман Бреев (интервью с артистами)

7

19-20 декабря в Московском Новом драматическом театре состоялась премьера спектакля по пьесе И.С. Тургенева «Месяц в деревне» в которой роль Натальи Петровны исполнила актриса Наталья Рассиева, а роль Ракитина актер Роман Бреев. Недавняя премьера стала прекрасным поводом для встречи с замечательными артистами, которая состоялась 2-го января этого года.

Наталья Рассиева и Роман Бреев — фото Ксавьер Бушон

Наталья Рассиева и Роман Бреев — фото Ксавьер Бушон

Прежде всего, пользуясь случаем, в начале встречи, мы поздравили артистов с наступившим Новым годом.

Дмитрий Ластов: За 10 дней до Нового Года в Новом театре состоялась премьера спектакля «Месяц в деревне» по пьесе И.С. Тургенева. В связи с этим к вам несколько вопросов. Каковы первые впечатления от премьерных спектаклей, ощущения от зрительного зала?

НАТАЛЬЯ РАССИЕВА: Мы впервые играли на публике — это всегда сложно и ответственно. До этого в зале был только Вячеслав Васильевич, Маргарита Викторовна иногда заходила, кое-кто из персонала. У нас нет, так называемых, показов для «пап и мам», к моему сожалению. Степень свободы, готовности сыграть роль полнокровно проверяется и зрителем тоже. Чем раньше к нему привыкнешь — тем лучше. Но появление публики — это не только дополнительные волнение и ответственность, это и большая радость — если роль (местами) получается, идет, как того хочется, — какое тогда возникает прекрасное общение, разговор сразу со столькими людьми! Но премьерные показы для меня, это, скорее, всегда работа, чем полет и разговор по душам.

РОМАН БРЕЕВ: Уходит некоторая лёгкость.

НАТАЛЬЯ РАССИЕВА: На втором спектакле было особенно тяжело — у меня наступило эмоциональное истощение, и железобетонная плита легла на область сердца. Как раз ко второму акту — это там, где нужно было выдать на полную. И вместо того, чтобы осадить себя, дать себе время подумать, приспособиться к новым ощущениям, — я дала холостого хода, «погнала» по проезженной колее — дыба! — для тех, кто понимает. Хоть беги со сцены! «У меня только одно извинение» — как говорит моя Наталья Петровна, — это моя первая большая роль. Я, видимо, перенапряглась и немного устала. Всем коллегам, нашедшим для меня добрые слова после спектакля, я буду благодарна до конца жизни! Ребята, я вас люблю!

Месяц в деревне — Наталья Рассиева и Роман Бреев

Месяц в деревне — Наталья Рассиева и Роман Бреев

РОМАН БРЕЕВ: Надо сказать, что этот спектакль делался в очень короткий срок, необычайно короткий. Пять актов, 3 часа, сделаны всего лишь за месяц, за ноябрь. В октябре был разбор, застольный период, потом большой перерыв, когда Вячеслав Васильевич работал в Америке. В нас его разбор зрел, прорастал, и когда он приехал в ноябре, то поставил на ноги спектакль. Всегда, когда спектакль ставится на ноги, он как бы рождается заново, помимо того разбора, который был прежде. Эти неподъемные пять актов, самый большой по объему спектакль в нашем театре на данный момент — делался всего за месяц. Поэтому то, что вынесено на суд зрителей 19-го и 20 декабря, это не готовый вариант, он ещё сыроват. Но мы будем стараться.

НАТАЛЬЯ РАССИЕВА: А бывают ли вообще готовые варианты на премьерных показах?

РОМАН БРЕЕВ: Среди актёров есть такая байка: только дураки ходят на премьеры (смеётся). Обычно, заядлые театралы ходят спектакль на десятый–пятнадцатый, когда спектакль уже более или менее встал на ноги.

Наталья Рассиева и Роман Бреев - фото Ксавьер Бушон

Наталья Рассиева и Роман Бреев — фото Ксавьер Бушон

Дмитрий Ластов: Я был на обоих показах спектакля «Месяц в деревне» — и 19 и 20 декабря. Второй мне понравился больше…

РОМАН БРЕЕВ: Для нас второй спектакль был сложен тем, что пришли наши коллеги, которые не были вызваны в первый день. Также на второй спектакль пришли мои родители, это тоже ответственность.

НАТАЛЬЯ РАССИЕВА: Перед труппой играть всегда тяжело — внутренний зажим. И внешний — как следствие.

РОМАН БРЕЕВ: За себя скажу — различия на первый и второй день. В первый день было лёгкое волнение, прохладный ветерок внутри. Я в принципе неврастеник, и, например, перед спектаклем «В ожидании Годо» меня начинает трясти за неделю. Поэтому меня удивило отсутствие волнения. Для меня первый спектакль прошёл легче: я аккуратно всё пробовал на публике, регулировал громкость звука. Когда зал пустой, ты играешь тихо, и тебя слышно везде, а здесь Вячеслав Васильевич просил, чтобы была документальная манера. А вот когда я узнал что придут мои родители и коллеги (на второй спектакль), меня начало трясти. Я вышел с излишним волнением, которое ушло к середине второго акта, но в целом всё равно мешало.

Месяц в деревне — Наталья Рассиева и Роман Бреев

Месяц в деревне — Наталья Рассиева и Роман Бреев

Дмитрий Ластов: То есть, когда в зале находятся родственники, друзья, коллеги, сложнее играть?

РОМАН БРЕЕВ: Безусловно!

НАТАЛЬЯ РАССИЕВА: Да, всегда сложнее. Потому что люди со стороны не знают твоих проблем, комплексов, недостатков. А близкие тебя очень хорошо знают, чувствуют и переживают за тебя. Это создает дополнительное напряжение.

РОМАН БРЕЕВ: Напряжение связано не с тем, как они тебя оценят, а с тем, что, например, мама в зале волнуется за меня, не сопереживая герою, а сопереживая мне, потому что знает, что я чувствую в данный момент и в данных обстоятельствах. Я очень переживаю за неё в этот момент. Очень сложно убрать эту мысль из головы.

Дмитрий Ластов: Да, спектакль непростой. Наталья, а Ваша мама приходила на Ваши спектакли?

НАТАЛЬЯ РАССИЕВА: Не на все. Для нее это все так волнительно и для меня тоже — я щажу нас обеих!

Месяц в деревне — Наталья Рассиева и Роман Бреев

Месяц в деревне — Наталья Рассиева и Роман Бреев

Дмитрий Ластов: Вы оба учились в Щепкинском училище. Раньше с классикой – Тургенев, Чехов — приходилось иметь дело?

НАТАЛЬЯ РАССИЕВА: Чехова я играла во МХАТе, роль Сони («Дядя Ваня» — пьеса А.П. Чехова). Играла с Андреем Мягковым — судьба подарила мне такое счастье! Он лучший дядя Ваня из всех, которых я видела. Играла с Ефремовым- старшим — он был Астров — мы выглядели как дедушка и внучка. Также играла Соню в «Преступлении и наказании» Достоевского. По Достоевскому же был прекрасный спектакль «Бобок» в постановке Вячеслава Васильевича (МХАТ).

РОМАН БРЕЕВ: Вячеслав Васильевич перенёс его сюда под названием «Происшествия невероятные». А я играл как раз в «Месяце в деревне» — первая моя профессиональная роль после института. Я играл Беляева. Прошло 15 лет, Беляев повзрослел — превратился в Ракитина.

Дмитрий Ластов: А Беляева где играли?

РОМАН БРЕЕВ: Краснодарский Молодёжный Театр.

Дмитрий Ластов: А как Вы там оказались?

РОМАН БРЕЕВ: Наш мастер, Людмила Николаевна Новикова, училась на режиссёрском курсе Анатолия Васильева, и её однокурсник, Владимир Дмитриевич Рогульченко, был худруком Краснодарского Молодёжного Театра. Она пригласила его посмотреть свой выпуск. Меня пригласили сразу на две роли: Беляева в «Месяце в деревне» и Раскольникова в «Преступлении и наказании». А моего однокурсника, Ивана Чирова – на роль Холдена Колфилда в «Над пропастью во ржи». И мы уехали, у нас был заключён контракт на два года. Я прервал контракт по независящим от меня причинам, да и не смог жить в другом городе после Москвы, мне захотелось вернуться домой. А Иван остался и сейчас там ведущий артист.

Наталья Рассиева и Роман Бреев — фото Ксавьер Бушон

Наталья Рассиева и Роман Бреев — фото Ксавьер Бушон

Дмитрий Ластов: Вопрос к Наталье: задумывались ли когда-то о такой сложной роли, как Наталья Петровна? Хотелось ли раньше сыграть что-то подобное?

НАТАЛЬЯ РАССИЕВА: Конечно, хотелось сыграть большую роль, как каждой актрисе. Но, конкретно, об этой роли не мечтала. Я читала эту пьесу много лет назад, когда искала материал для показа в театр. Помню, что у меня осталось неоднозначное впечатление: она мне показалась слишком многословной. Хотя, некоторые сцены очень понравились. И вот — довелось поработать. И уже в процессе работы над материалом, понимаешь, что он действительно потрясающий, уже срастаешься с ним, он начинает тебе очень нравиться. Это происходит практически с любой ролью, а здесь она ещё такая большая, многосложная.

Дмитрий Ластов: Давайте поговорим о Щепкинском училище – где Вы учились. Как оно в Вашей жизни отразилось?

НАТАЛЬЯ РАССИЕВА: Это время сбывшейся МЕЧТЫ. У нас были очень хорошие преподаватели: Римма Гавриловна Солнцева (кстати, в вашем любимом «Пикнике»(спектакль Московского Нового драматического театра «Прекрасное воскресенье для пикника» — прим. ред.), Дима, одновременно играли четыре ее ученицы: Ира Мануйлова, Таня Кондукторова, я и Вита (Виолетта Давыдовская – прим. ред.))! Наталья Алексеевна Петрова, Вячеслав Васильевич Долгачёв — он уже как отец родной стал! Был очень сильный преподавательский состав. Это были годы, которые определили всю нашу дальнейшую жизнь, сформировали нас, наши вкусы, отношение к профессии. До сих пор вспоминаю как чудо. И, кстати, в Щепку я не захожу практически никогда. Это здание существует, живёт, но не для меня. Моё время там прошло, это как поломанная машина времени.

Преподаватели актерского мастерства Щепкинского училища Наталья Алексеевна Петрова, Римма Гавриловна Солнцева, Вячеслав Васильевич Долгачев. 1987-й год. (фотография из личного архива Натальи Рассиевой)

Преподаватели актерского мастерства Щепкинского училища Наталья Алексеевна Петрова, Римма Гавриловна Солнцева, Вячеслав Васильевич Долгачев. 1987-й год. (фотография из личного архива Натальи Рассиевой)

 

Наталья Алексеевна Петрова, Римма Гавриловна Солнцева, Михаил Иванович Царев, Вячеслав Васильевич Долгачев. 1987-й год (фотография из личного архива Натальи Рассиевой)

Наталья Алексеевна Петрова, Римма Гавриловна Солнцева, Михаил Иванович Царев, Вячеслав Васильевич Долгачев. 1987-й год (фотография из личного архива Натальи Рассиевой)

РОМАН БРЕЕВ: Полностью поддерживаю Наташу, и хочу отдельно назвать своих педагогов: Николай Николаевич Афонин, мастер курса, ректор Щепкинского училища. И та женщина, которая меня взяла, дала мне шанс, и всё, что я умею – Людмила Николаевна Новикова, профессор. Сейчас она преподает в Cлавянском институте, продолжает преподавать в Щепке. Дай бог ей здоровья и спасибо за всё.

Дмитрий Ластов: Вернёмся к «Месяцу в деревне»: как проходил репетиционный процесс? В ноябре на «Ночи искусств» зрители краешком глаза увидели, как это все было на открытой репетиции. Раскройте немного завесу, как вообще происходят репетиции в Новом Драматическом? Насколько много у вас свободы при работе над ролью?

НАТАЛЬЯ РАССИЕВА: Вячеслав Васильевич позволяет артисту размышлять, искать, предлагать. Если то, что ты делаешь, его убеждает — он даёт полную свободу.

РОМАН БРЕЕВ: Добавлю, что Вячеслав Васильевич всегда идёт от актёра. Если уже роли распределены, и ты ещё и в одном составе, то он в персонаж вливает частички твоего характера. Идёт от тебя.

НАТАЛЬЯ РАССИЕВА: Если наше виденье ему не подходит, то он ставит нас в жёсткие рамки — просит выполнять то, что считает правильным.

РОМАН БРЕЕВ: Но даже при этом остаются зоны свободы.

Наталья Рассиева и Роман Бреев — фото Ксавьер Бушон

Наталья Рассиева и Роман Бреев — фото Ксавьер Бушон

Дмитрий Ластов: А Вам близки Ваши герои — Ракитин и Наталья Петровна?

НАТАЛЬЯ РАССИЕВА: Да, конечно!

РОМАН БРЕЕВ: Да. Я считаю что из всех моих ролей сейчас в Театре, Ракитин мне ближе всего.

Дмитрий Ластов: Ракитин – это положительная роль. Остальные Ваши роли скорее отрицательные. Какие же интереснее играть?

РОМАН БРЕЕВ: Отрицательные.

Месяц в деревне — Наталья Рассиева и Роман Бреев

Месяц в деревне — Наталья Рассиева и Роман Бреев

Дмитрий Ластов: А, например, роль Малькольма в «Улыбках летней ночи» отрицательная или положительная?

РОМАН БРЕЕВ: Он – обаяха, добрый малый, в конце концов, остаётся со своей женой. Просто у него такое мировоззрение, таких мужчин сейчас много.

Дмитрий Ластов: А Вам он близок?

РОМАН БРЕЕВ: Нет. Но, когда получаешь роль, читаешь текст, ищешь какие-то точки соприкосновения. Если найдёшь — значит получится сыграть, если ничего нет – вряд ли сыграешь.

Дмитрий Ластов: Вернёмся к «Месяцу в деревне». Я заметил в тексте некоторые сокращения…

НАТАЛЬЯ РАССИЕВА: Там большие сокращения, нет мальчика Коли. Я сокращала все монологи своей героини — там и так говорильни хватает — Вячеслав Васильевич, слава богу, был не против. Рома мне говорит: «Ты убрала хрестоматийную фразу: «Вот она любовь, это страшное чувство!». А я как представила ее в исполнении усатой Ольги Леонардовны! Ой… (О.Л. Книппер-Чехова – советская и российская актриса 1868-1959 – прим. ред.)

РОМАН БРЕЕВ: Почему я спросил у Натальи про эту фразу? Все почему-то привыкли, что любовь это созидание, а пьеса как раз о том, что любовь бывает страшным чувством, которое уничтожает всё и всех вокруг себя, и тебя самого. Тургенев написал мало пьес, он в основном прозаик, романист. И когда он писал эту пьесу, он как будто бы боялся, что читатель чего-то не поймёт, и, как романист, добавлял в текст персонажам расшифровку, что те чувствуют в данный момент.

Месяц в деревне — спектакль Московского Нового драматического театра

Месяц в деревне — спектакль Московского Нового драматического театра

Дмитрий Ластов: А какие фразы, моменты в пьесе Вам близки?

НАТАЛЬЯ РАССИЕВА: Что мне было близко из монологов моей героини, то я и оставила — именно те слова, которые в подобной ситуации сказала бы я.

РОМАН БРЕЕВ: Для меня близки слова, которые Ракитин говорит Беляеву в нашей последней сцене — про любовь.

Дмитрий Ластов: Наталья, как бы вы охарактеризовали свою героиню?

НАТАЛЬЯ РАССИЕВА: Несчастная женщина. Шла, шла — и уперлась в безответную любовь, как в стену. Что уж тут скажешь… А вообще — Наталья Петровна значительно моложе, красивее и избалованнее меня. И пальцы у нее длинные, как у аристократки. Я слишком «пролетарий» для этой роли. Такая Наталья Петровна «от сохи». Ну что ж, тем ближе ее страдания народу. И потом, меня «достала» безответная любовь — я про нее не то, что играть — знать больше ничего не хочу! И когда только генетики научатся выключать эту абсолютно не нужную функцию! (Смеется)

Наталья Рассиева

Наталья Рассиева

Дмитрий Ластов: Ваш образ, Наталья, ближе женской аудитории, а мужской – ближе Ракитин, который надеется, ждёт, но в итоге вынужден уступить.

РОМАН БРЕЕВ: Это единственный персонаж в пьесе, который совершает поступок. Он спасает любимую женщину, принимает всю вину на себя, делает так, чтобы муж в это поверил, и уезжает, забирая с собой виновника пожарища, которое разгорелось в этой усадьбе. Ни Беляев, ни Ислаев не решились. Один он решился и будет с этим жить всю жизнь. Вячеслав Васильевич сравнивал Ракитина с Гаевым из «Вишнёвого сада». Их объединяет даже любовь к бильярду. Вячеслав Васильевич говорил, что Чехов очень много взял из этой пьесы Тургенева. Ракитин обжегся, как и Гаев, и останется один на всю жизнь.

Дмитрий Ластов: Спектакль – это не только игра артистов, это и работа сценографов, художника по костюмам. Костюмов там много, например у Вас, Наталья, 4 платья. Хочется узнать подробнее о том, как возник замысел этих костюмов.

РОМАН БРЕЕВ: Сначала режиссёр высказывает художнику свои пожелания. Немного знаю историю создания этих костюмов: Вячеслав Васильевич поговорил с Дашей Килочек, нашим художником по костюмам, сказал, что он видит абсолютно классический костюм той эпохи. Она сделала эскиз, показала ему. Ему пришло в голову, что при том что силуэт классический, должны быть принты природы под микроскопом. Имелось ввиду и природа человеческих чувств, тонких. Например, последнее платье у Натальи – это сухой листик. У меня жилетка – пыльца. У Ислаева, в исполнении Олега Бурыгина, жилетка — это чеснок под микроскопом.

Роман Бреев — фото Екатерины Кулешовой

Роман Бреев — фото Екатерины Кулешовой

Дмитрий Ластов: Мы общались с зав.грим.цеха Еленой Ермаковой, она сказала, что перед премьерой была проделана огромная работа …

РОМАН БРЕЕВ: В основном это касается женских персонажей, потому что там сложные причёски. Но вот Серёжу Моисеева преображали под Чехова, с бородкой.

Дмитрий Ластов: Играя на сцене любовь между героями, надо ли испытывать симпатию друг другу?

РОМАН БРЕЕВ: А как же? Конечно бывают разные случаи, но если есть взаимная симпатия, то играть легче.

Дмитрий Ластов: Зритель приходит в театр, смотрит спектакль, потом выходит в фойе, разговаривает, одевается, уходит, и у него начинается другая жизнь. Как это происходит у Вас? Аплодисменты, погас свет… Как сложно входить и выходить из образов?

РОМАН БРЕЕВ: По идее, это должно происходить легко…

Дмитрий Ластов: По идее? Вы упоминали, что перед «В ожидании Годо» за неделю готовиться начинаете.

РОМАН БРЕЕВ: Не готовлюсь – волнуюсь. Спектакль «В ожидании Годо» сложен тем, что для простого зрителя там нет явного сюжета. Зрители удивляются, как мы это выучили, как мы понимаем порядок. Например в «Месяце в деревне» или «С вечера до полудня» ясный сюжет, который тебя ведёт. А как быть в «В ожидании Годо», если что-то забыл или перескочил? Что будет с твоими партнёрами? Они сойдут с ума. И ты сойдёшь с ума пока поймёшь, как к какому месту нужно вернуться. Там много повторов, которые специально у Беккета написаны. И нужно следить какие повторы уже были.

А насчёт выхода из роли: 18 декабря – на следующий день премьера – у нас было два прогона, потом оставалось полчаса и начинался спектакль «Чудо святого Антония». Из этих трагических обстоятельств, которые в «Месяце в деревне», мне нужно было по щелчку «перепрыгнуть» в моего персонажа Ахилла, кривляться и дурачиться. Это было очень сложно. Я подхожу к Михаилу Калиничеву, говорю: «сейчас будет трагический Ахилл, который будет хоронить свою тётку и рыдать, и зритель будет рыдать вместе с ним» (смеётся). Но потом вышел, увидел свет, эти стены, и как-то пошло дело.

НАТАЛЬЯ РАССИЕВА: Чем полнокровнее сыграл, тем быстрее роль отпускает. А если сыграл не очень — тогда мучайся, «полощи» мысленно бесконечные «если бы» да «кабы». Не говоря уже о том, что не хватает того напряженного ритма жизни, который был перед премьерой, когда по несколько прогонов в день. И не знаешь чем себя занять… Не белье же гладить …

РОМАН БРЕЕВ: … после Натальи Петровны-то (смеётся).

Наталья Рассиева и Роман Бреев — фото Ксавьер Бушон

Наталья Рассиева и Роман Бреев — фото Ксавьер Бушон

Дмитрий Ластов: Вы в Новом Театре уже много лет: Роман – 15, Наталья – 7. Вопрос касается ролей в спектаклях, которые уже сошли со сцены. Как трудно с ними расставаться? В этом году это три спектакля: «Единственный наследник», «Top dogs», «Прекрасное воскресенье для пикника».

НАТАЛЬЯ РАССИЕВА: Грустно, когда снимают спектакль, который нравится.

Дмитрий Ластов: Мне очень нравилась Ваша роль Боди в «Прекрасном воскресении для пикника». Очень позитивная роль.

НАТАЛЬЯ РАССИЕВА: О, да! Очень приятно было играть Боди. Ира Мануйлова меня на нее «сосватала» — за что ей большое спасибо! У нас был замечательный ансамбль — четыре женщины. Нам было хорошо вместе. Вита (Виолетта Давыдовская – прим. ред.)там была как голливудская Дива — я на нее любовалась. И играли мы все очень хорошо — скажу без ложной скромности. С удовольствием. Может, еще сыграем?… а, Вячеслав Васильевич?.. Последние спектакли шли на ура!

Наталья Рассиева и Роман Бреев — фото Ксавьер Бушон

Наталья Рассиева и Роман Бреев — фото Ксавьер Бушон

Дмитрий Ластов: В спектакле «Top Dogs или новые игры для взрослых» роли тоже интересные были.

НАТАЛЬЯ РАССИЕВА: «Top Dogs» был интересный спектакль, но мы в нём чувствовали, что достигли потолка. Драматургически он примитивен. Если «Месяц в деревне», «Пикник» тот же — можно играть всю жизнь, пока позволяет возраст и расти с этими ролями, то здесь — нет. Такая драматургия не играется долго, она не для репертуарного театра. Хотя, глаз Моисеева мне будет очень не хватать — ему бы «Оскара» за роль Чуди.

РОМАН БРЕЕВ: Современные «Сталевары». Во МХАТе были «Сталевары», а у нас был «Top Dogs». Но репетиции очень интересно проходили. Не было застольного периода, потому что там в основном монологи. И Вячеслав Васильевич, как хороший режиссёр, очень хорошо знает психологию, и у него много друзей психологов. На репетициях он занимался с нами психологическими тренингами, этюдами, задачами. В этом спектакле было очень много именно от нас, актёров.

Дмитрий Ластов: Некоторые спектакли возвращаются, например, «Один из последних вечеров карнавала». Роман в свое время играл Анзолетто с Виолеттой Давыдовской, вы были первой парой влюблённых. Каково сейчас восстанавливать спектакль, входить в новую для себя роль? И Вы, Наталья, так же задействованы в этой постановке.

НАТАЛЬЯ РАССИЕВА: Легко, у нас там небольшие роли.

РОМАН БРЕЕВ: Мы наслаждаемся друг другом в том плане, что я смешу её, она – меня, и нам хорошо.

Наталья Рассиева и Роман Бреев — фото Ксавьер Бушон

Наталья Рассиева и Роман Бреев — фото Ксавьер Бушон

Дмитрий Ластов: Помогаете ли молодым артистам?

РОМАН БРЕЕВ: Да, конечно! Я Борису Шильманскому (исполнителю роли Анзолетто в современном спектакле «Один из последних вечеров карнавала» — прим. ред.) всё и делал.

Дмитрий Ластов: Как у вас происходит взаимодействие между новыми артистами и теми, кто давно в театре?

НАТАЛЬЯ РАССИЕВА: У нас очень хороший коллектив. Конечно, кто-то больше «твой», кто-то меньше — в человеческом плане, — но у нас здоровые отношения — без склок, интриг, открытых конфликтов. Видит бог, это почти так!

РОМАН БРЕЕВ: Если что и бывает, то по делу. Вячеслав Васильевич говорит, что лучше возьмёт в труппу не очень талантливого человека, но тот вольется в ансамбль, чем это будет гениальный артист, с которым никто из нас не сможет сработаться. Вячеслав Васильевич всегда радеет за то, чтобы сохранить ансамбль.

Дмитрий Ластов: Сейчас будет 40 лет театру, мы у всех спрашиваем, как кто пришел в Новый Театр? И вопрос от меня лично: где территориально живёте?

НАТАЛЬЯ РАССИЕВА: Я на Сходненской, мне сюда добираться больше часа. Но это никогда не было проблемой. Я спускаюсь в метро как в читальный зал: столько всего перечитала, переучила, передумала. А сейчас у меня период, когда мне нравится просто «смотреть на сограждан».

Когда я сюда впервые приехала, мне сразу понравилось. Здесь удивительное место, очень хорошая аура — может потому, что рядом лес. Какая липовая аллея! Воздух! Я очень люблю это здание — оно уютное. А какие у нас ЛЮДИ в цехах!!! Я работала во МХАТе Чехова, и могу сказать, что лучший театр – это тот, где тебе дают роли.

Наталья Рассиева

Наталья Рассиева

РОМАН БРЕЕВ: Ясенево, полтора часа. Я приехал в 2000-м году из Краснодара сюда в отпуск, планируя вернуться. Мне позвонила мама моей однокурсницы, она тогда здесь работала в администрации, и предложила прийти показаться. Было лето, в театре никого не было, только директор театра Владимир Левашев, и тот последний день перед отпуском. Дорога меня ужаснула, маршруток тогда не было, только троллейбусы и автобусы, но и пробок было гораздо меньше. Мне тоже безумно понравилось место: аллея, колонны. Меня встретили, проводили к Левашеву. Здесь было тогда два режиссёра, Василий Фёдоров и Владимир Седов. Левашев позвонил Седову, рассказал про меня, и я поехал к нему домой, потому что он был тогда в отпуске. Он ставил спектакль «Игрок» по Достоевскому и искал исполнителя роли Алексея — я подошел. Начали делать спектакль, он не сложился в итоге, но место понравилось, и я остался.

Юлия Спиридонова: Вернёмся в наши дни. Недавно в «Доме Книги» на Арбате был поэтический вечер. Вы, Наталья, очень красиво пели и читали Ахмадулину. Есть какие-то любимые поэты?

НАТАЛЬЯ РАССИЕВА: Та же Ахмадулина. Многие поэты-фронтовики: Слуцкий, Межиров, Луконин, Самойлов — я на них молюсь. Поэзию люблю очень. Она для меня «важнейшее из искусств» — не музыка.

РОМАН БРЕЕВ: Наташа прекрасно поёт. Я вам тайну открою, на фонограмме в спектакле «Тойбеле и её Демон» есть фрагмент в самом конце спектакля, где женский голос говорит: «Тойбеле, Тойбеле сладкий поцелуй»… Так вот это Наташа исполняет.

Наталья Рассиева и Роман Бреев — фото Ксавьер Бушон

Наталья Рассиева и Роман Бреев — фото Ксавьер Бушон

Дмитрий Ластов: А какая у Вас любимая музыка?

НАТАЛЬЯ РАССИЕВА: Мелоди Гардо (Melody Gardot) — американская джазовая певица — это райская птица! Вообще люблю разную музыку, но с возрастом больше к джазу тяготею, он гармонизирует. Авторскую песню с удовольствием слушаю.

РОМАН БРЕЕВ: Много чего слушаю. Последние что стоит на повторе Coldplay, свежий альбом. А так могу Виагру послушать (смеётся).

Роман Бреев — фото Екатерины Кулешовой

Роман Бреев — фото Екатерины Кулешовой

Дмитрий Ластов: Давайте ещё про спектакли поговорим. У меня два любимых спектакля, «Провинциальные анекдоты» и «С вечера до полудня». В обоих Вы играете. Наталья, когда я смотрю на Вашу роль в «С вечера до полудня», мне кажется Вы бы так не смогли поступить.

НАТАЛЬЯ РАССИЕВА: Как знать, как знать… Она же не в детдом сдала ребенка — она оставила его в надежных руках, в семье, которую очень любила. И общалась с ним все годы. Мне кажется, там проблема не в ребенке, а в ее отношениях с Кимом. Перед ним она виновата. Может быть, оставить мужчину, который ТАК тебя любит — ошибка большая, чем оставить ребенка.

Дмитрий Ластов: А Лёва Груздев такой современный персонаж. Расскажите о нём. Зачем он там появился?

РОМАН БРЕЕВ: Тянет его. Я для себя решил так: конечно, у него нет никакой невесты. Он дошел до кризиса среднего возраста, понимает, что кроме работы где-то в Академгородке в Новосибирске, якоря у него нет. Эти воспоминания из прошлого, где было тепло, от чего он в свое время сбежал. Он приходит, но понимает, что ничего вернуть нельзя. Нина пытается, и он может быть тоже, но в одну воду не войдёшь дважды.

Наталья Рассиева и Роман Бреев — фото Ксавьер Бушон

Наталья Рассиева и Роман Бреев — фото Ксавьер Бушон

Дмитрий Ластов: А про «Провинциальные анекдоты»? Как прошла поездка в Иркутск? Как встречал зал?

НАТАЛЬЯ РАССИЕВА: Принимали стоя!

РОМАН БРЕЕВ: Огромный старый театр с балконами… Когда мы увидели, что эти два или три яруса балконов стоя хлопают, это было конечно потрясающе!

НАТАЛЬЯ РАССИЕВА: А мне понравился директор театра — очень красивый, галантный!(Анатолий Стрельцов – прим. ред.). Замечательные были капустники в Актерской чайной.

Дмитрий Ластов: Спасибо за интервью!

НАТАЛЬЯ РАССИЕВА: Спасибо!

РОМАН БРЕЕВ: Спасибо и вам!

К сожалению, уже скоро начинался спектакль и надо было еще снять и видео с новогодними поздравлениями артистов и многие вопросы остались не заданными Наталье Рассиевой и Роману Брееву. Поэтому, будем считать это первой частью нашего интервью и будем с нетерпением ждать второй встречи и второй части интервью!

Интервью подготовили — Юлия Спиридонова, Татьяна Левина, Дмитрий Ластов, Ксавьер Бушон, Анастасия Винтер. 

Фотографии спектакля «Месяц в деревне» Московского Нового драматического театра — Екатерина Кулешова. 

(Visited 160 times, 1 visits today)


Посмотрите еще...